— Шутить с вами ни малейшего желания у меня нет, гражданин Сукачев, — сухо отрезал Григорий, — для этой цели я выбрал бы более порядочного человека.
— Что вы этим хотите сказать? — Голос Сукачева выдал поселившуюся тревогу. Чувствовалось, что сон покинул его. — По-моему, вы хотите оскорбить меня. Кто вы и что вам нужно?
— Объясню на месте, когда прибудете ко мне в Кутузовский проезд. Номер дома и квартиру вы знаете. На сборы и дорогу даю двадцать минут. И ни минуты больше. Не сомневаюсь, что машина у вас имеется.
В трубке — молчание и сопение. Похоже было, что первоначальная спесь с капитана слетела и он обдумывает ситуацию.
— Допустим, машина у меня есть. Но с какой стати я поеду ночью к незнакомому мне человеку? Полагаю, что вы, уважаемый, несколько перебрали. Советую меньше пить.
— Благодарю за полезный совет, гражданин Сукачев, — жестко ответил Григорий. — Но чтобы окончательно развеять ваши сомнения насчет целесообразности этой ночной поездки, скажу, что вам нужно выкупить квартирного вора-форточника Сему-Ужа вместе сего подробной объяснительной. В противном случае и Сема, и его мемуары будут переданы прокурору столицы. Тогда вам будет обеспечена более далекая поездка. К тому же это поставит под удар вашего покровителя из горпрокуратуры. Ну как, теперь дошло?
После продолжительного тяжелого сопения капитан наконец вымолвил осипшим голосом:
— Я понял: вы — Григорий Петрович. Должен объяснить вам, что я не хотел всего этого. Но обстоятельства сложились так, что у меня не оставалось выхода. Я виноват и готов платить. Какие ваши условия? Сколько хотите в качестве компенсации?
— У меня и договоримся.
— Но я должен захватить с собой. Полагаю, лучше баксами?
— Деньги меня не интересуют. Я, Сукачев, не шантажист. Рассчитаетесь информацией.
— Информацией?! — чуть слышно прошептал в трубку капитан. — Я вас не понимаю. Какой информацией?
— При встрече объясню популярнее. Очень рекомендую не беспокоить покровителя из прокуратуры. В противном случае только усложните свое положение. Поймите, Сукачев, другого выхода у вас просто нет. Выезжайте. Дверь будет не заперта. Не стоит привлекать внимание соседей ночными звонками. Все. Жду. — И Григорий опустил трубку на аппарат. Он был уверен, что капитан приедет. Одного он не знал — до какой степени Сукачев связан темными делами с работником прокуратуры и на что эта связь может толкнуть «слугу правопорядка». Надо быть готовым к любому, самому неожиданному повороту событий.
Григорий устало вздохнул, повернулся и… увидел направленные на него две пары немигающих змеиных глаз. Кобры, слегка покачиваясь в метре от него, расправляли свои роскошные капюшоны, готовясь к атаке. В любую секунду они могли нанести смертельный укус. У Григория кровь застыла в жилах. Из всего, что он пережил за последнее время, это был самый страшный момент. Он хорошо знал, что в таких случаях нельзя шевелиться. Удар змеи будет стремительный и неотразимый. После него не прожить и пяти минут.
Обливаясь потом, он простоял, не шелохнувшись, с минуту уставившись в немигающие змеиные глазки. Кобры, казалось, выбирали, в какую часть его тела вонзить свои смертельные жала. И вдруг эта угроза смертью напомнила Григорию о его защите. «Зеленая аура, я в опасности!» — произнес он мысленно, не веря в то, что может быть спасен. Но комнату туг же стал заливать изумрудный зеленый свет. Этот свет подействовал на змей, словно волшебная флейта факира. Складывая капюшоны, они стали уменьшаться в росте, сворачиваясь в кольца. Когда их головы послушно легли на пол, они вдруг стремительно вытянулись пестрыми веревками и в один миг исчезли из комнаты: или на кухню, или в прихожую, а может быть, в ванную комнату. Преследовать их у Григория не было ни малейшего желания.
Вытерев рукавом рубахи потное лицо, он обессиленно опустился в кресло и вдруг почувствовал, как устал. «Завалиться бы сейчас спать на целые сутки, — подумал он как о чем-то несбыточном. — Но возможно ли это?! Ведь где-то поблизости затаились две ядовитые кобры. Откуда они взялись? Кто подбросил их в квартиру? Непонятно. Ну и глупец же я, — тут же поругал он себя, — совсем стал плохо соображать. Если я останусь в пределах зеленой ауры, то и змеи не страшны».
В следующую минуту он блаженно вытянулся на диване и смежил веки. В комнате стало почти темно, так как сквозь веки зеленый свет проступал очень слабо. «А Сукачев?! Он же сейчас приедет! — Григорий сел на диване и открыл глаза. Зеленый свет вновь наполнил комнату. — Как же я забыл о нем?! Кобры могут напасть. Надо встретить».