Промах. Ни одного попадания. При стрельбе на сто тысяч километров по активно маневрирующей цели – не удивительно. Корабли противника один за другим освещаются ответными импульсами, и тоже безуспешно. Сближение флотов и равномерный интенсивный огонь с обеих сторон. Теплоноситель вышел на рабочую температуру, и Мишель лишь изредка включала обзор тактической обстановки, контролируя работу охладителей, ремонтных киберов и генератора защитных полей сектора. Чудовищная нагрузка на энергосистему при залповой стрельбе лазеров главного калибра, дополненная хаотичными и непредсказуемыми маневрами в плоскости, перпендикулярной к направлению огня, – хороший оператор обязан предчувствовать возможные сбои в работе оборудования в своём заведовании и устранять проблему до её возникновения. Сознание Мишель настолько полно поглощено работой, что фейерверк, вспыхнувший на одной из отметок вражеских линкоров, не вызвал почти никаких эмоций:
«Зацепили одного. На электросварку похоже». – Результаты огня были вне её зоны ответственности. Важнее было сменить рабочий контур седьмого блока на запасной и отдать приказ киберам на замену двух секций преобразователя. Попадание вражеского импульса, сорвавшего защитное поле с соседнего сектора и частично погасившего шестой и третий квадрат в её секторе. И снова где-то на краю сознания:
«Здорово хренакнуло. Близко сошлись, похоже». – А руки и голос рассылают киберов, дирижируют дублирующими схемами и восстановлением просевших до полностью рабочего состояния.
Новое попадание, где-то в носу, и почти сразу – повторно, туда же, но, по счастью, только краем пятна. Через минуту в защитное поле вошёл ещё один импульс, уже под корму.
«Похоже, командующий Кику назначил нас любимой женой…» – закусив губу, продолжала выполнять свою работу.
То, что выбранный в качестве первой цели Китицыным вражеский корабль перестал маневрировать и при попаданиях даёт однозначный фейерверк, то есть потерял защитные поля и просто расстреливается её кораблём, а остальная эскадра лупит в другую цель, лейтенанта Юсупову не интересует. Ей опять нужно менять третий-А полевой генератор, а дублирующий будет введён в строй только через семь с половиной секунд. Вот здесь эмоции таки нашли выход:
– ***! – рявкнула девушка, готовясь войти в историю, но…
Вселенная повернулась вокруг неё. Кап-раз Смолин не зря получил под команду новейший линкор флота. Выполняя его команду, линкор повернулся вокруг продольной оси на сто восемьдесят градусов, подставив очередному залпу врага мощную защиту неповреждённых секторов.
Основные силы обоих флотов сходятся в клинче – их разделяет меньше пятидесяти тысяч километров. Теперь уже не только корабли Кику ведут огонь индивидуально, линкоры Новороссии тоже бьют каждый по своей цели. И всё чаще корабли обеих сторон при попаданиях выбрасывают в космос снопы огня – значит, защитное поле сорвано и импульс поразил корпус.
– Н-да, а ведь противник начал наконец увеличивать интервалы между залпами, Михаил Александрович.
– Я, признаться, начинал опасаться, что хризантемщики сумели как-то модернизировать систему охлаждения лазеров главного калибра. – Китицын, на удивление, говорит, не повышая голоса, несмотря на совершенно естественное во время боя желание орать, совершенно, впрочем, бессмысленное, так как собеседники находятся каждый в своей капсуле. – К счастью, Александр Гаврилович, мои опасения не оправдались.
Контр-адмирал Рыбин, командир флагманского «Василиска», поморщился и в очередной раз повернул свой корабль, подставляя под огонь секторы с более или менее восстановленной защитой. Несколько прошедших сквозь поля попаданий, очевидно, смогли что-то зацепить в системе ориентации – при одновременном повороте колец с установками ГК корабль развернуло на пару градусов в противоположном направлении.
Впрочем, проблемой уже занимается команда главного механика, и Рыбин продолжил беседу.
– Повезло, что на дальней дистанции жёлтые выбрали в качестве групповой цели самый защищённый из наших кораблей.
Китицын в ответ скептически хмыкнул.
– Александр Гаврилович, Кику выбрали самый слабый из наших кораблей. Они считают, что бьют в «Генерала Алексеева». Простительная ошибка. О том, что похожих кораблей у нас два, никто не знает. Небось, изрядно удивлены стойкостью ветерана.
Адмирал замолчал. Его тревожило запаздывание эскадр Демченко и Кублицкого. Не прошли связные торпеды? Маловероятно. Остальные системы тоже находятся под атакой?
Скрытно проникать в собственную систему Аркадию ещё не приходилось. С другой стороны, своя – не чужая: и астрогация знакома, и положение противника, пусть и с отставанием почти на час, известно. Вот с этим отставанием накладка и получилась – из-за взаимного маневрирования эскадр траектория цели сместилась настолько, что Лобачевский опасался не успеть к точке перехвата со своей черепашьей в подпространстве скоростью, – но успел.