Ночь совсем. На улице тихо. Стук.
— Фленка… Ты?..
Входит. Медленно раздевается. Сползает с плеч пестрая шаль, потянув за собой расстегнутую на груди кофту.
У горбатого злоба растет клубком к горлу.
— Где была?
— Не знаешь разве… Гуляла…
Неразговорчива Фекла, знать, оттого, тихо и молчаливо всегда в их избе.
Скрипнула кровать. Погасла лампа.
Как всегда кажутся громкими скрипи половиц, когда хочешь ходить тихо.
Нет, не проснулась… Спит… Ножик там в укладке с лоскутками.
Дрожат руки и от уроненной шпульки прошибает пот.
Скорей одеться бы…
Все готово.
Нож как можно выше подымать надо… Удар сильнее будет…
Р-раз!..
Во что-то мягкое.
Ни звука…
Скорей, скорей на улицу… На улице дождь теплый, летний, как через сито, и унылый, унылый…
Дорога ведет в бор… В бору — тьма… От дождя мерный шум и бульканье в лужах.
* * *
Утром Фленка нашла около себя воткнутый в подушку нож, а горбатого в деревне больше никто не видал.
Павел Дружинин
Бабья доля
(ПОЭМА)
I
Говорила до́чи мама,
Говорила:
— Не ходи ты, до́чи, замуж
За Кирила.
У Кирила завалила
На-бок хата;
У Кирила бело рыло
Худовато.
Не казиста, не речиста
Речь Кирила,
Не мясиста, не плечиста
Мать родила.
В ём ни рожи, в ём ни кожи,
В ём ни сала.
А одежи — две рогожи.
Да мочала.
У мальчины-просточины,
Вертопраха,
Две порчины по аршину
Да рубаха.
А в чулане, на рыдване —
Пыль да крохи,
А в кармане на аркане —
Вши да блохи…
Говорила до́чи мама,
Говорила:
Выходи ты, до́чи, замуж
За Гаврила.
У Гаврилы рябо рыло
Да богато;
У Гаврилы три кобылы,
Нова хата.
И казиста и речиста
Речь Гаврила,
Округлиста и плечиста
Мать родила.
В ём и рожа, в ём и кожа,
В ём и сало,
И одежа, слава, боже;
Да не мало.
И комлоты, и еноты,
И жупаны,
Без заботы носи боты,
Сарафаны.
Не ворочай дни и ночи
Да не топай,
Что захочешь, моя дочи,
То и лопай.
Всё те в пору, до упору,
До отвала,
Хлеба горы, мяса горы,
Горы сала.
По засекам — по сусекам —
Навосклёна:
Целый век за человеком
Жить, Алёна.
От любви-то кабы сыты
Люди были,
Чай, бы жито на пожито
Не садили.
Главный скус-то, чтоб не пусто
Было пузо.
Потому-с-то, в доме густо —
Не обуза.
Главно дело — бело тело
Не в рогоже,
Захотела да надела,
Что дороже.
Всякой справой да забавой
Не стесняйся.
Пышной павой в доме плавай —
Наряжайся.
Канифасов да атласов
Муж добудет.
А с прикрасов, да от мясов
То ли будет.
От ошея до филея,
Моя дочка,
Растолстеешь, разжиреешь,
Словно бочка.
Ах, ты до́чи, моя до́чи,
Недосужья.
А чего ж ты, до́чи, хочешь
От замужья?
Отвечала до́чи прямо,
Не кривила:
— Не хочу я, мама, замуж
За Гаврила.
У Гаврила вместо рыла —
Туз бубновый;
У Гаврила душа мила —
Рупь-целковый.
Шуба новая боброва
Да кубышка,
Вместо сердца ретивова —
Кочерыжка.
Мне и клады не в отраду,
Не в утеху,
Все наряды-разнаряды
На помеху.
Всё придано-некохано
Да не к телу.
Я шуганы-сарафаны
Не надену.
Не хочу я, мама мила,
Быть нарядна,
У Гаврила рябо рыло
Неприглядно…
Стану вчуже в темь да стужу
Горевати,
Еще хуже — ляжу к мужу
На полати.
А в полати да некстати
Муж упрется —
Меня пхати да толкати
Вдруг возьмется…
Ой, калина, ой, малина
Лопушиста.
Мне перина-пуховина
Не пушиста.