— Ну, каково твое мнение? — Шеф прибыл на просмотр за несколько минут до начала, на сей раз, правда, без обычного своего эскорта.
Шеф адресовал свой вопрос Дэмуре. Тот вытащил носовой платок, вытер лицо и, прежде чем спрятать платок в карман, аккуратно сложил его. Лишь после этого он ответил на вопрос Шефа.
— Профессиональный каратист. Работает в традициях старой окинавской школы, причем очень хорошо.
— Мота ли смерть быть результатом… скажем, случайности, несчастного случая?
— Нет. Бой был открытым, и оба понимали это.
— Азато сознавал, что его хотят убить?
— Пожалуй, нет. Но он, безусловно, понимал, что над ним хотят одержать верх и унизить его. И конечно же, от него не могло укрыться, что против него выступают не каскадеры, с которыми он репетировал.
— Он понял это, как только они появились, — хрипло проговорил Фукида. — Мы всегда отрабатывали каждое движение с точностью до миллиметра.
— А как вы определили, что эти люди двигались не так, как надо?
Фукида холодно глянул на Куяму.
— Все их действия, их движения были недостаточно выразительными и грозными.
— Гм… Мне они показались достаточно грозными.
— Потому что вы знали, чем все это кончится. Одно дело фильм, совсем другое — жизнь. Зритель в кино начинает волноваться лишь в том случае, если злодеи появляются, эффектно демонстрируя свою силу.
— Тогда отчего же Азато не прервал съемки?
Фукида взглянул на Дэмуру, тот посмотрел на Шефа, Шеф — на Куяму. Куяма покраснел. Ну и осрамился же он, черт бы их побрал с их самурайским кодексом чести! Ему следовало бы знать, что Азато даже рискуя жизнью должен был принять вызов.
— Не желаете ли посмотреть отснятое с другого ракурса? — Ямамото, правда, уповал на то, что о нем позабудут, но надо же было как-то вызволить этого симпатичного молодого человека из щекотливой ситуации.
— Я хочу! — тотчас же отозвался Дэмура. Шеф взглянул на часы, затем утвердительно кивнул головой. У Куямы, естественно, не оставалось выбора. Зато Фукида вскочил так неожиданно и быстро, что Куяма инстинктивно сжался в кресле.
— А я не хочу! С меня и этого предостаточно. И пусть будет милостив господь бог к этому мерзавцу, если я наткнусь на него раньше вас! Потому как от меня он милости не дождется. — Прежде чем захлопнуть за собою дверь, Фукида почтительно поклонился присутствующим.
— Вы думаете, ему удастся найти убийцу? — обратился Куяма к Дэмуре. К величайшему удивлению Куямы, Дэмура утвердительно кивнул.
— Вполне возможно. Немного людей найдется в стране, которые бы так владели искусством боя. Значит, надо запастись терпением и обойти все клубы, всех мастеров.
— Вы полагаете, убийца занимается в каком-либо спортивном клубе?
— Только не в спортивном. Для этого человека каратэ — не спорт.
— А что же тогда?
— Мастер Фунакоси, у которого я в свое время учился, любил повторять: не искусство формирует человека, а наоборот, человек создает искусство. В каратэ каждый находит то, что ищет. Азато и его друг превратили его в средство зарабатывать на жизнь. Иные видят в нем способ физической закалки, самозащиты или вид спорта.
— А что нашел в нем убийца?
— Оружие.
Куяма, отбросив обязательную почтительность к старшим, понимающе усмехнулся. Что бы не находил убийца в этом каратэ, но ведь он же учился у кого-то и должен же где-то тренироваться, так подсказывает логика. Если Дэмура решит обойти все тренировочные залы, еще ничего. Но когда он отыщет нужного человека, ему придется нелегко. Уж настолько-то Куяма разбирался в людях, чтобы понять: с ордером на арест старый детектив отправится в одиночку.