— Там на третьем этаже живет женщина по имени Дорис Фарлоу. К ней приходили трое по одному, но вышли вместе. По всему видно, что между Шальдером и Донахью произошла потасовка. Старик Рео маневрировал между ними и в конце приказал разойтись в разные стороны.
— Продолжим наблюдение за Шальдером.
— Хорошо, капитан. Я оповестил все посты, за «мерседесом» установлена слежка. Наш парень тоже под колпаком. Я не выпущу его из поля зрения, где бы он не летал на своей ракете.
Корригэн направился к дому один. Приблизившись к подъезду, он огляделся. Неподалеку от него стояла женщина и внимательно вчитывалась в какую-то бумажку. Иногда она поднимала глаза и отсутствующим взглядом смотрела в пространство. Это была Дорис Фарлоу. Он никогда не встречал ее раньше, но интуиция подсказывала ему, что это она. Дорис вся состояла из изгибов и выпуклостей, аппетитно вырисовывавшихся под тканью одежды. Даже ее натурально рыжие волосы волновали воображение. И эта ямочка на подбородке, и кончик тонкого язычка — выглянет на секунду — и назад… Не удивительно, что Шальдер и Донахью-младший сцепились из-за нее.
Поднявшись на третий этаж, он снова увидел ее, открывающую ключом дверь в конце коридора.
— Мисс Фарлоу?
Она замерла, бросила через плечо взгляд на Корригэна.
— Вы кто? Что вам нужно?
На вид ей было лет двадцать пять.
— Меня зовут Корригэн. Я из полиции. Я хотел бы поговорить с вами, мисс Фарлоу. Я не займу у вас много времени.
— У меня в гостях еще никогда не было полицейского, — она принужденно улыбнулась.
— Ну вот, а теперь принимаете, мисс Фарлоу, — сказал Корригэн. — Вы давно знаете Кермита Шальдера?
— Кого? — встрепенулась она. — Около… двух месяцев. Мы познакомились на вечеринке. Джейсон Донахью привел меня. У мистера Шальдера неприятности?
Корригэн внимательно поглядел на нее своим глазом. Черная повязка придавала ему сходство с добродушным пиратом.
— Когда Шальдер представил вас Уолтеру Ингрэму?
— А?
— Уолтеру Ингрэму, — Корригэн повторил вопрос. — Ну, хорошо. У Ингрэма было другое имя. Генрих Фляйшель. Может быть оно напомнит вам кое-что?
Ресницы моментально захлопнулись. Корригэн внимательно смотрел на нее. Ресницы взметнулись вверх, обнаружив миру взгляд невинных глаз.
— Это имя мне незнакомо.
— Вынужден предупредить вас, мисс Фарлоу: вы делаете большую ошибку. Любой, кто знаком с этим именем, может сейчас оказаться в опасности. Мне бы не хотелось, чтобы продырявили вашу прекрасную головку.
— Я не знаю, что вы имеете в виду. — Она вскочила с дивана. — Вы действуете мне на нервы: врываетесь в мой дом, грозите, смотрите так, словно я что-то совершила.
Корригэн зажег сигарету и откинулся на спинку дивана. Взмахом головы Дорис убрала волосы, нависавшие на лицо, и подошла к бару. Когда она наливала себе бокал виски, руки у нее дрожали. Не поворачиваясь к нему, она одним глотком осушила бокал. От ее самоуверенности не осталось и следа.
— Извините, сэр. Я не хотела… Корригэн попытался вложить немного тепла в свою улыбку. Это сработало. Она смотрела на него так, будто видит его впервые, как женщина, увидевшая вдруг перед собой мужчину. Оценивающий взгляд скользнул по нему сверху вниз.
— Почему же вы ничего не говорите мне о Джейсоне Донахью?
— А что о нем говорить? — хрипло произнесла она. — Да, на девочек он тратился, будь здоров!
— Тогда зачем вы переключились на Шальдера?
— Из-за папаши Джейсона. — Она налила себе второй бокал и сделала большой глоток. — Эта тварь сказала, что даже не попробует откупиться от меня. Он просто пошлет ко мне двух мускулистых парней. Если они пару раз пройдутся по моему лицу, Джейсон больше не сможет смотреть на меня без содрогания. Вот что он мне сказал!
Корригэн внимательно наблюдал, как третий бокал благополучно последовал за первыми двумя. Внезапно она потеряла равновесие.
— Итак, вы дали Джейсону от ворот поворот? — спросил он.
— Послушайте, мистер, я была страшно напугана. И дело даже не в Джейсоне. При всех его деньгах мне уже становилось невмоготу терпеть его слюнтяйство. Он не может меня забыть, пороги обивает. Итак, мистер полисмен, вы вытрясли из меня все.
— Вы уверены, что не знаете человека под именем Уолтер Ингрэм или Генрих Фляйшель?
— Вы уже спрашивали меня об этом, хитроумный вы мой.
— Я спрашиваю еще раз.
— Вот что я вам скажу. Если моих ушей коснется упоминание об одном из этих имен, почему бы мне не порадовать вас, мистер полисмен, и не позвонить, но куда?