— Корригэн. Главное полицейское управление.
— Корригэн. Главное полицейское управление. Полицейский штаб?
— Да.
— Я запомню. Девушке всегда пригодится дружба с такими парнями, как вы, этого мне объяснять не надо. — Она подошла очень близко, узкие щелки глаз притягивали, как магнит.
— Да, конечно, пригодится, — поспешил ответить Корригэн и быстрым шагом вышел из комнаты.
Чак Баер вошел в вестибюль здания на Бродвее, где находился его офис. Дежурная девушка-администратор занималась тем, что раскладывала послеобеденную почту по полкам.
— Привет, мистер Баер. Как обычно?
— Блок, дорогая.
Девушка вынула блок любимых сигар Баера.
— Ну, кто теперь ваш клиент? Наверное, богатая вдовушка с Уолт Стрит?
— Нет, — в тон ей ответил Баер, — всего лишь дядюшка Сэм.
Он вышел из лифта, держа блок сигар под мышкой, обменялся приветствиями с мужчиной, пересекающим коридор с бумагами в руках. Где-то рядом, за дверью, строчила автоматная очередь печатной машинки. В коридоре, ведущем в пристройку, было тихо. Баер взял блок в руку, вынул ключ, открыл дверь своего кабинета — и застыл, оцепенев.
Весь его офис был перевернут вверх дном. Пол усеян бумагами, вытряхнутыми из ящиков стола и из взломанного бюро. Картины сорваны со стен, вероятно, искали сейф-тайник. Стулья перевернуты, «гости», по всей вероятности, изучали их снизу, ковры на стенах изрезаны ножом. При виде этого погрома Баер зарычал. По натуре он был человеком добродушным, но сейчас в нем проснулся зверь.
— Ах, ты, мерзавец! — громко заорал он. — Ну, погоди, если я доберусь…
Ему не удалось закончить фразу. Краешком глаза он уловил какое-то движение, но было уже поздно. Мощный удар болванки сбил его с ног. Опускаясь на колени, он с трудом повернул голову. Сквозь кровавый туман он едва различил фигуру человека, нечетко вырисовывались контуры белого пятна на том месте, где должно быть его лицо.
Ощутив приближение второго удара, он едва успел уклониться в сторону. Удар пришелся по плечу, чуть задев голову. Охваченный яростью, он попытался встать на ноги. «Или подняться самому, или сбить с ног этого негодяя, — стучало у него в висках. — Неважно, кто он, добраться бы до горла».
Баеру не удалось ни то, ни другое. Бандит поддел ногой ворох бумаги, и дверь за ним захлопнулась. Он ушел.
Какое-то время Баер не мог прийти в себя. Он лежал на полу, страдая от боли. «Это будет мне уроком, — подумал Баер. — Научит меня, входя в комнату, оглядываться. Об этом знает каждый желторотый новичок».
Он подполз к столу, собрав силы, подтянулся и шлепнулся грудью на крышку стола. Шаря руками в поисках телефона, нечаянно сбил с него трубку.
И несмотря на невеселую ситуацию, в которую попал, Баер вдруг неожиданно расхохотался. Хоть убей, он не мог вспомнить номер телефона Тима Корригэна.
Ярко-красного цвета «сандерберд» с откидным верхом припарковался перед домом, в котором Корригэн коротал свою холостяцкую жизнь.
«Викторина Донахью», — усмехнулся Корригэн, уткнувшись носом служебной «сороковки» в задний бампер «сандерберда». Викки вышла из машины и встретила Корригэна на тротуаре.
— Эй, привет! — Она послала ему навстречу свою обворожительную улыбку. Легкий ветерок трогал ее платье, по фасону которого можно было судить о стоимости.
— Или у вас говорят: «Весь добрый день к Вашим услугам». А, капитан Корригэн?
— Это зависит от времени дня, мисс Донахью. Что привело вас сюда, в эту часть города? Это ведь довольно далеко от поместий Лонг Айленда.
— Вы считаете меня бесполезной куклой? — она надула свои влажные красные губки.
Глаз Корригэна скользнул по фигуре Викторины.
— Я бы не сказал, что вы ни на что не годитесь.
Она вложила свою руку в его ладонь.
— Ну, тогда ты сказал более, чем достаточно. Я люблю лесть, если она исходит от настоящего мужчины, а не от плоских сопляков, как Джейсон, с которым я выросла. Ей-богу!
Она потрогала его крепкие, как камень, бицепсы.
— Если это не просто видимость, создаваемая некоторыми неудачниками, накачивающими себя штангой.
— Ты искушаешь меня в желании предложить это проверить, — сказал Корригэн. — Ты — редкая красотка.
— А ты никогда не поддаешься искушению?
— Нет, — ответил Корригэн, — если я на службе.
— А, все равно, — махнула рукой Викки Донахью, — я могу это сделать прямо сейчас.
— Что сделать?
— Проверить.
Корригэн открыл входную дверь и посторонился, пропуская ее.
— Я думаю, тебе интересно, чем занимается полицейский в свободное от работы время, — улыбнулся Корригэн.