— Чтобы оценить его — сорок секунд. Но мне нужно не менее десяти минут, Тим…
Новотный сощурил глаза, облизал пересохшие губы:
— Существуют законы, которые защищают…
— Если я выйду отсюда, — ответил Корригэн, — закон выйдет вместе со мной. А потом я вернусь и возьму под защиту американского закона то, что останется…
— Вы этого не сделаете!
Корригэн повернулся и пошел к двери, когда Новотный поспешно выкрикнул:
— Подождите!
— Да? — обернулся Корригэн.
Новотный глядел не на него, а на Баера.
— Вы должны уяснить и мою ситуацию, капитан, — сказал он. — И на моей стороне есть такие же крутые парни, как ваш друг. Я не боюсь боли. Я всего лишь маленькая деталь большого механизма.
— В чем ты пытаешься убедить меня, Новотный?
— Это зависит от того, насколько много вы знаете. После этого я приму решение. — В голосе его чувствовалась отчаянная решимость обреченного. Все шпионы в конце концов становятся перед дилеммой — какому из зол отдать предпочтение.
Корригэн рассмеялся:
— Мы знаем об этом все! Фляйшель. Микропленка. Кермит Шальдер.
— Никто под этим именем здесь никогда не был.
— Конечно нет. Ни один сотрудник «Событий в мире», занимающий в этом издательстве высокий пост, не позволит обнаружить себя в мусорной яме. Но человек по имени Ваннерман такое может себе позволить…
Это окончательно сломило Новотного. Корригэн позволил ему опуститься на софу, и тот на секунду прикрыл лицо ладонями. Но вот снова поднял голову:
— Называйте ваши условия.
— Никаких сделок, — ответил Корригэн.
— Тогда почему я должен рассказывать?
Корригэн ткнул пальцем в Баера.
— Потому, что он стоит здесь.
— Он убьет меня?
— Хуже. Он оставит тебя в живых, если это можно будет назвать жизнью.
Агент хрустнул суставами пальцев.
— Пленка. Чертова пленка. Такая мелочь…
— Два человека умерли из-за нее.
— Но я никого не убивал. Моя роль была — заполучить пленку, и убийство сюда не входило.
Корригэн посмотрел на него сверху вниз. Он готов был этому поверить. Ни Советы, ни Штаты не заинтересованы в шумихе вокруг этой пленки. Логика поведения диктовала Новотному, советскому агенту, выкупить ее и переправить назад в Москву или изучить и уничтожить. Люди в Кремле, не колеблясь, назначили бы двойную, тройную цену от предложенной «Событиями в мире». Все-таки времена Берии и Сталина, когда убийство было первым, а не последним аргументом в политике, давно ушли.
— Сколько вы заплатили за пленку? — спросил Корригэн.
— Двести тысяч долларов, — ответил шпион.
— Кому вы их заплатили?
— Я не знаю, — был ответ.
— Вы должны вспомнить. И вы вспомните, если я выйду отсюда и оставлю вас один на один с этим человеком.
У Новотного желваки заходили ходуном.
— Чего вы ждете от меня?! — закричал он. — Я не могу вам сказать то, чего не знаю! Я получил указания по телефону.
— От кого? — настаивал Корригэн.
— Говорю вам, не знаю! Я пытался выяснить!.. — Новотный вдруг замолчал.
Глаз Корригэна пристально разглядывал шпиона. — Прекрасно. Вы получили указания и деньги, и передали пленку.
— Да.
— Когда же?
— В три тридцать сегодня утром.
— Где?
— В Куинз, на одной из глухих улочек. Согласно полученным указаниям я должен был припарковать машину. На заднее сидение должен был сесть мужчина и вручить пленку, а я — передать ему деньги. Все произошло так, как должно было произойти.
— Кто был этот мужчина?
— Не знаю.
— Опишите его.
— Я не знаю… По инструкции я должен был выключить свет и остановить машину там, где нет уличных огней. Кроме того, мне было приказано смотреть прямо перед собой и не оглядываться.
Мужчина подсел, обмен состоялся, и он ушел.
— А голос?
— Он не сказал и слова.
— Вы не вызываете у меня симпатии, Новотный. Что бы я не спросил, с вашей стороны — полное неведение.
— Что же мне делать?! — закричал шпион. — Я рассказываю то, что в действительности имело место.
— Хорошо. Вы получили микропленку, завернули ее сегодня утром в небольшую коробку, написали на ней адрес компании «Антрон Новелти» и отправили по почте. Каков номер ящика, в каком почтовом отделении?
Желваки у Новотного перестали ходить, впервые он посмотрел прямо в лицо Корригэну. И больше не бросал исподволь в сторону Баера настороженных взглядов. Что-то случилось? Но что?
— Да, «Антрон», — повторил Новотный. — Но компании «Антрон» я посылал не пленку, капитан. Это был изготовленный в Чехословакии транзисторный приемник нового образца, очень малых форматов. Я вышел попить кофе и опустил пакет на почте. Пленка ушла в другом направлении.