— Вот ты и соорудишь, — Мосейкин посмотрел на часы. — Двух часов, чтобы смотаться в мастерскую, выточить капсулу и вернуться назад, за глаза хватит. Валер, ты тоже с ним поезжай.
Рудюк и Купцов, прихватив с собой сумку, бесшумно спустились по стальной лестнице на площадку девятого этажа, потом съехали вниз в лифте, сели в «уазик» с надписью по борту «Аварийная» и укатили. Одеты они были соответственно: грязные синие тужурки, мятые брюки, разбитые кроссовки у одного и нечищенные туфли у другого.
Возвратились они через один час и сорок семь минут. Из сумки было извлечено короткое, напоминающее обрез, пневматическое ружье калибра девять миллиметров. Мосейкин переломил ствол ружья и вставил капсулу, на конце которой помещался войлочный фестончик. Потом с громким щелчком сложил ружье.
— Теперь, ребятки, как говорится, с Богом! — он подошел к амбразуре и вскинул ружье, ловя через оптический прицел нужное окно.
Заходящее солнце к тому времени в самом деле заставило сиять интерьер квартиры Вовенко золотисто-розовым светом. Перекрестье прицела поползло вверх по янтарной полированной поверхности стенного шкафа, замедлило свой ход на рулоне, где, как показалось сейчас Мосейкину, просматривались даже отдельные прутики, уперлось в верх дверной притолки. Мосейкин шумно вздохнул, выдохнул и стал очень медленно опускать короткий тупорылый ствол ружья. Когда перекрестье совместилось со скрученной в рулон циновкой, ружье сказало «прунг!»
— Отлично! — сказал Рудюк, поглядев в бинокль. — Торчит, как миленький. Только бы хозяин не вздумал теперь эту занавеску вешать.
— Микрофон в его квартиру забросили несколько дней назад. Аппаратура пишет все подряд. Однако интересного мало. Правда, кое-какие действующие лица добавились. Желательно их проверить, Виталий Дмитриевич. Ковригин вынул из-за переплета записной книжки квадратик толстой мелованной бумаги, покрытой бисером букв и цифр.
— Ты в своем амплуа скромника, — покачал головой Виталий Дмитриевич. — Да тут этих «действующих лиц» десятка два.
— Двадцать три человека. Причем, я их в порядке важности расположил — то есть, как мне кажется.
Рация Мосейкина запищала.
— Гена, — послышался голос Ковригина, — у вас там шум какой-то, похоже? Сигнал тревоги на их КП поступил.
— Да уж куда больше шума! Тут к воротам только что подъехали «Жигули», ну да, те вишневые. Из машины вывалились четверо крепких парней, перемахнули через ворота и скрылись во дворе.
— Вовенко сейчас там?
— В том-то и дело! Подъехал буквально перед ними. Едва-едва ворота успели закрыться.
— Н-да… Кто бы это мог быть? Номера на «Жигулях» какие?
— Вроде бы «частники».
— Ждите. Сейчас к Вовенко должна подмога подоспеть.
— А мы?..
— А что вы? Невелика потеря, если они Вовенко и шлепнут. А вот вам рисковать, тем более в непонятной ситуации, совершенно ни к чему.
Тут из усадьбы послышался пистолетный выстрел. Потом почти сразу второй.
— Мне показалось? — спросил Мосейкин у Рудюка?
— Нет, вроде вправду палят.
— Ну, дела! Средь бела дня. Палермо, да и только.
— Да вроде уже и официально признали, что наша мафия — самая «крутая» в мире.
— Ты думаешь, что визитеры — это рэкетиры?
— Очень даже может быть. Видел, как шустро они ворота преодолели. Выучка чувствуется.
— Тогда… Стоп, внимание! Машина идет.
— Быстро. Четыре минуты всего прошло. Где же они размещаются?
«Волга» светло-серого цвета, не сбавляя скорости, промчалась мимо дачи Вовенко.
— Не то.
— Следующий — мотоциклист. Явно не к ним в гости.
— Ага, а вот «Жук» тарахтит. Этот тоже мимо.
И тут произошло то, чего ни Мосейкин, ни Рудюк не ожидали. «Жук» съехал на обочину, дверца кузова открылась, один за другим оттуда выпрыгнули пять человек. Они были одеты разношерстно и неброско: двое даже в штормовках с нашивками строительной организации на рукавах.
— Елки-палки! — сказал Рудюк. — Ни фига не понимаю.
— Одно из трех, — начал было Мосейкин. — Нет, два варианта сразу отпали. Ребята потрясающе организованы. — В самом деле, двое из приехавших сразу побежали вдоль забора в противоположные стороны, а трое устремились к воротам, створки которых немедленно разъехались в стороны. Они вошли, мужчина, входивший последним, огляделся по сторонам, потом ворота закрылись.
Мосейкин присвистнул.
— Охрана у этого Вовенко — что у дона Корлеоне. Только не поздно ли они приехали, а? Ладно, подождем, поглядим, что дальше будет.