— Эй, Ким, — позвал он. Не «подвальщина», не «ничтожество». Просто «Ким». — Отойдем на пару слов.
Он кивнул в сторону узкого проулка между корпусом университета и библиотекой — тихое, безлюдное место, где обычно курили преподаватели. Джи-хун колебался, но решил, что лучше разобраться с этим сейчас. Он молча последовал за ним. Когда они остались одни, Ю-джин прислонился к кирпичной стене и скрестил руки на груди. Он говорил тихо, без издевок, и от этого его слова звучали еще более зловеще. — Я смотрю, до тебя не дошло. То, что было сегодня на парах — это только начало. Легкая разминка.
Джи-хун устало посмотрел на него. — Что тебе от меня нужно, Чхве Ю-джин? Денег? Чтобы я на колени встал?
Ю-джин усмехнулся, но как-то безрадостно. — Денег? Твоих? Не смеши меня. И на коленях ты мне не нужен, ты и так по жизни ползаешь. Все гораздо проще. Я хочу показать тебе и таким, как ты, ваше место.
Он оттолкнулся от стены и сделал шаг к Джи-хуну. — Ты живешь в своем мире, нищеброд. Работаешь за копейки, жрешь дешевую лапшу, носишь обноски. И это нормально. Это твой уровень. Но когда ты посмел поднять на меня руку — на меня! — ты полез на чужую территорию. Ты нарушил правила. Ты должен был стерпеть, проглотить, как вы всегда делаете. Моя цель — просто вернуть все на свои места. Чтобы ты понял раз и навсегда: нельзя лезть к тем, кто тебе не по силам. Никогда.
Внутри Джи-хуна что-то оборвалось. Вся накопленная за день обида, горечь, унижение — все это сжалось в один тугой кулак. Он видел перед собой только это самодовольное лицо, этот рот, изрыгающий яд. Он сделал полшага вперед, его правая рука уже начала движение для удара — короткого, резкого, прямо в эту наглую ухмылку.
Но он остановился.
Перед его глазами на долю секунды возникло не лицо Ю-джина, а заплаканное лицо Су-джин. «Что бы я тогда делала?!»
Удар сейчас — и все станет только хуже. Бесконечно хуже. Его отчислят в тот же день. Без диплома его ждет только пожизненная каторга на стройках. И тогда конец. Конец всему. Конец надежде на операцию для сестры.
Он медленно, с видимым усилием, разжал кулак. Ярость отступила, оставив после себя лишь выжженную, холодную пустоту.
Он ничего не сказал. Просто развернулся и пошел прочь из проулка.
А за спиной раздался смех. Тихий, уверенный, победоносный смех Чхве Ю-джина, который добился всего, чего хотел. Он сломал его, даже не получив сдачи.
Стерплю. Все стерплю. Ради Су-джин.
Эта мысль стала его мантрой. Холодным, твердым стержнем внутри, который не давал ему согнуться. Он проглотил унижение, затолкал ярость поглубже и поехал платить за аренду. Деньги в кармане, которые еще вчера казались благословением, сегодня ощущались просто как отсрочка неизбежного. Хозяйка квартиры, госпожа Чо, жила на третьем этаже в этом же доме. Полная, вечно недовольная женщина, которая всегда смотрела на него так, словно он был не жильцом, а разновидностью плесени. Он позвонил в ее дверь.
Она вышла, вытирая руки о передник, и без предисловий посмотрела на конверт в его руках. — А, это ты, — вздохнула она. — Принес?
— Да, госпожа Чо. Вот, за этот месяц, — Джи-хун протянул ей деньги.
Она посмотрела на купюры с таким видом, будто он протянул ей горсть мусора. — Знаешь, парень, я больше так не могу, — заявила она, скрестив руки на груди. — Сдавать тебе это ненужное мне помещение за такие копейки. Это даже не квартира, а кладовка. У меня уже есть клиенты. Приличные люди. Готовы заплатить больше, и сразу за год вперед. Понимаешь? За год. Мне это гораздо выгоднее.
Сердце Джи-хуна ухнуло куда-то вниз. Выселяют.
Он молчал, не зная, что сказать. Просить? Умолять? Бесполезно. Госпожа Чо еще мгновение смотрела на него, потом на деньги, и, цокнув языком, все-таки выхватила конверт из его рук. — Ладно. Беру. Но учти, — она посмотрела ему прямо в глаза, — это ваш последний месяц. Ровно тридцать дней, и чтобы духу вашего здесь не было. А потом делайте что хотите.
Она захлопнула дверь прямо перед его носом.
Джи-хун остался стоять в тускло освещенном коридоре. Голова была пустой. Последний месяц. Куда он пойдет с Су-джин? Найти новое жилье в Тэсине за такие деньги невозможно.
И тут в его голове сложились кусочки пазла. «Есть другие способы поставить на место таких, как ты». «Клиенты… Готовы заплатить больше, и сразу за год вперед».