— Хорошо, что хотя бы у одного из них получилось.
Улыбка, теплая и искренняя, застыла на его губах на несколько мгновений, прежде чем раствориться в темноте. Воспоминания были роскошью, такой же, как сон. И тело, исчерпав последний лимит ментальной энергии, наконец, взяло свое. Мысли оборвались на полуслове. Джи-хун провалился в тяжелый, вязкий сон без сновидений, словно шагнул с обрыва в темную, спокойную воду.
Пронзительная трель дешевого будильника вырвала его из небытия ровно в пять утра. За окном было еще темно, лишь серая предрассветная дымка начинала окрашивать асфальт. Джи-хун на автомате ударил по кнопке. Несколько секунд он просто лежал, давая сознанию вернуться в измученное тело. Затем, с привычной, отработанной годами бесшумностью, он поднялся. Каждое его движение было выверено. Не скрипнуть половицей. Не звякнуть чашкой. Он на цыпочках прошел на кухню, разогрел вчерашний бульон, аккуратно поставил на поднос миску для Су-джин, стакан воды и ее утренние лекарства. Он хотел оставить все на столике у ее матраса и уйти так же тихо, как и встал, дав ей поспать лишний час. Но когда он вошел в комнату, она уже не спала. Су-джин сидела, прислонившись к стене, и смотрела на него своими большими, серьезными глазами.
— Оппа, — ее голос был тихим, немного хриплым после сна. — Ты опять совсем не спал?
— Спал, — мягко солгал он, ставя поднос перед ней. — Как себя чувствуешь? Кашля не было?
Она покачала головой, взяв в руки теплую миску. — Все как обычно. А ты… какой-то задумчивый сегодня. Что-то случилось на работе?
Джи-хун на секунду замер. Она всегда все замечала. Ее болезнь обострила в ней какую-то сверхъестественную чуткость к его состоянию. Он выдавил из себя улыбку. — Ничего не случилось, Су-джин-а. Просто устал. Ешь, пока горячее. Я сварил твой любимый, с травами. И не забудь выпить лекарства.
— Спасибо, оппа. — сказала она.
Она смотрела на него, пока ела, и в ее взгляде читалось все то, что она не говорила: беспокойство, благодарность, вина. А он просто хотел, чтобы она ела и не думала ни о чем. Он быстро собрал свою сумку — пара учебников, тетрадь, сменная футболка для стройки. Надев потертые джинсы и старую толстовку, он подошел к ней попрощаться.
— Я на учебу. После обеда буду на смене, так что если что — сразу звони, хорошо?
Су-джин кивнула. — Будь осторожен на стройке.
— Всегда! — он легко коснулся ее макушки и направился к выходу.
Шагнув за порог, из тишины и запаха лекарств в утренний холод и гул просыпающегося города, он ощутил, как на плечи снова ложится привычный груз. Первый пункт в сегодняшнем марафоне на выживание. Учеба.
Лекционный зал был большим, гулким и почти усыпляющим. Монотонный голос профессора, читавшего со слайдов об оптимизации складских запасов, был идеальным фоновым шумом. Джи-хун сидел на одном из верхних рядов, механически записывая что-то в свою потертую тетрадь. Университет не требовал от них многого. Главное — платить за семестр и появляться на занятиях. Это было не место для гениев и талантов, а скорее перевалочный пункт, конвейер по выдаче дипломов, которые, возможно, когда-нибудь помогут получить работу чуть лучше, чем таскать мешки на стройке.
Студенты вокруг были разношерстными. Кто-то увлеченно конспектировал, кто-то спал, уронив голову на стол, большинство же сидело в телефонах. Рядом с Джи-хуном сидел Мин-хо, такой же парень из простого района. Они не были друзьями, скорее «соседями по парте», которые иногда перекидывались парой слов. — Дашь ручку? Моя опять сдохла, — шепнул он. Джи-хун молча протянул ему запасную.