- Что-то происходит? - насмешливо спросил К'ирсан, но вместо ровного спокойного голоса у него получилось угрожающее шипение. Сведённые от ненависти связки попросту отказывались подчиняться. - Бедный дракончик растерял последние крохи свободы и теперь пляшет под дудку кукловода? Никогда не думал, сколько в тебе осталось от гордого лога, а сколько от демонов Астрала?
Вряд ли Рошаг заметил ту тварь, что вселилась в его тело и стала причиной охвативших его трансформаций, но о своём положении не мог не задумываться. И своими вопросами К'ирсан смог уязвить бывшего лога сильнее, чем любое ругательство.
Иначе почему бы его аура, и без того чёрная от злобы и ненависти, стала подобна пятну мрака, и Рошаг обрушил на Кайфата лавину чар. Их даже нельзя было как-то распознать и отделить друг от друга - заклинания сливались в общий поток грязно-серой магии, призванной растворить в себе не просто личность противника дракона, но саму его душу.
В какой-то момент Щит К'ирсана рухнул, и чтобы уцелеть, ему пришлось прикрыться барьером из искажённой реальности. Как и в том первом бою с нагом во дворце Свили Первого, лишь эта уловка помогла выстоять и пересилить магию Бездны. Но можно ли победить, рассчитывая только на один единственный приём?
Ответ К'ирсану был прекрасно известен, и пока враждебная ему Сила пыталась продавить возникшую на пути преграду, он принялся торопливо искать выход в Астрал... Чтобы с холодком в душе понять, что его нет. Рошаг наглухо закрыл своё логово от мира эфира и только он решал, кто может, а кто не может открывать здесь проход.
- Полюби меня Кали!! - выдохнул Кайфат, зло.
Будь он в собственном теле, то может и рискнул бы схватиться с Рошагом. Но сейчас, когда связь с Источником была ослаблена, а наполнявший ауру эфир уже почти истрачен, К'ирсан рассчитывал только на бегство. Но как сбежать оттуда, откуда нет выхода?
- Что, букашка, вздумал от меня ускользнуть? - с восторгом объявил Рошаг, обрывая поток чар.
После такого расхода Силы, было совсем не похоже, что он выдохся или ослаб. На взгляд Кайфата с последней их встречи связь лога с Бездной заметно окрепла. И у него было серьёзное подозрение, что тому виной именно увиденная им трансформация.
Рошаг же, тем временем, заметно сосредоточился и, нелепо дёрнув хвостом, исторг луч белого света. Он не нёс какой-то смертельной угрозы, но его касания вполне хватило, чтобы барьер из искажённого пространства, прикрывающий К'ирсана, беззвучно схлопнулся сам в себя.
- Увы, мне уже больше не подвластна исконная магия моего народа, но знания-то остались при мне! И разрушить жалкие поделки ничтожества вроде тебя моих возможностей хватит. - С презрением заявил Рошаг и подчёркнуто медленно направился к К'ирсану.
И что самое странное, с каждым шагом мрак в его ауре всё больше и больше прорезали прожилки странно искажённого Света. Словно помимо Бездны ему стали доступны ещё какие-то силы.
К'ирсану окончательно стало ясно, что этот бой ему не выиграть. Разум заработал с утроенной скоростью, выискивая пути для бегства. И почти сразу нашёл решение. Ведь если он как-то сюда попал незваным гостем, значит сможет точно так же и выйти. А проник король-маг в логово Рошага через Нижний мир, недоступный Кайфату...
Найдя взглядом всё ещё агонизирующего змеенога, К'ирсан усилил на него давление Воронки, и когда наг испустил дух, втянул в ауру накопленную заклинанием жизненную энергию. Рошаг заподозрил было неладное и попытался ускориться, но было слишком поздно. Непослушная для чуждого некромантии Кайфата Сила пусть с трудом, но всё же приняла форму нужного плетения. Последовал миг томительного ожидания, и короля-мага катапультой вышвырнуло в мир Тьмы и Смерти. Для другого мага это стало бы особенно изощрённой формой самоубийства, но не для Кайфата. Потому как тут его доступ в Астрал уже ничто не ограничивало, и он молниеносно, не успев толком прочувствовать всю мощь враждебной ему магии, проскользнул в мир свободного эфира. Причём не просто куда попало, а на то место на Тропе, откуда его выдернуло во владения Рошага.
Свидание со Смертью в очередной раз откладывалось...
ГЛАВА 3
Весь последний год Олег провёл во власти самого страшного, по его мнению, чувства - разочарования в разумных. Он, конечно, слышал о том, что у некоторых с возрастом меняются взгляды на мир, и розовые очки сменяет маска цинизма и равнодушия. Но почему-то считал, что уж его-то подобная участь минует. Как же, он ведь всё повидал и всё испытал, его ничем не удивишь!
Удивили. А ещё потрясли, шокировали и едва не заставили разочароваться во всём том, что Олег считал действительно ценными и важными вещами в этом грёбанном мире!
Причиной потрясения стал даже не распад, а перерождение такого важного союза, как Объединённый Протекторат, исчезновение последних намёков на единство между льером Бримсом и льером Виттором, падение влияния Нолда и повсеместное очернение светлого образа государства Истинных магов. И он не мог сказать, что из всего перечисленного стало наиболее разрушительным для его видения мира.
С момента своего прибытия в Нолд Олег проникся к этой обители чародеев уважением и любовью. Развитое богатое государство, цитадель научного и магического прогресса, могущественный игрок на мировой арене - он искренне гордился своим новым домом. Понимание же, что островная республика принадлежит к силам Света, ещё больше приумножало его радость. Да, он прекрасно знал о недостатках Нолда, но они не мешали ему видеть и ценить в новой родине гораздо более важные вещи.
И вот теперь его идеал, символ всей новой жизни оказался растоптан. Причём спихнуть ответственность только на эльфов не выйдет. Длинноухие, конечно, коварны и пекутся прежде всего о собственной расе, но и люди, в том числе из круга его знакомых, проявились себя во всей красе. Одни грызутся из-за власти, другие мечтают о том, как кому-нибудь подороже продаться, а третьи при первой возможности плюют в спину. И это перед лицом общей угрозы!!
Нет, Олег решительно отказывался смириться с подобным жизненным поворотом... Одно хорошо, хотя бы отношение к К'ирсану можно не пересматривать. Вне зависимости от того, как соплеменник относится к Нолду, в каких отношениях с ним находится и какую поддержку может оказать, К'ирсана всегда есть за что ненавидеть. Потому как зло всегда зло. В какие бы одежды оно не рядилось, и какими бы целями не прикрывалось. Кайфат разрушал установившийся порядок вещей, сеял смуту среди вассалов Нолда, нарушал законы, рвался к личной власти и творил Запретную волшбу - он являлся живым вызовом миропорядку, частью которого Олег давно уже привык себя считать, а значит... значит должен быть уничтожен. Как никчёмная кусачая муха.
Пророчества, опять же... Про которые все забыли, и которые прямо указывали на К'ирсана Кайфата как на эмиссара тех сил, что желали перемен на Торне. По крайней мере Олег именно так предпочитал трактовать фиорские пророчества. Раньше он в них не слишком-то и верил, однако теперь всё изменилось. Олег вдруг осознал свою ответственность как чародея Нолда, Наказующего и верного соратника льера Бримса, и уже не мог отмахиваться от грозных предупреждений древних Кормчих, а заодно превратился в сторонника самых жёстких мер в отношении короля-мага...
Впрочем, обманывать себя тоже не стоило: разочарование в людях и нелюдях было не единственным чувством, тяготившим Олега. Имелось ещё кое-что, тисками сжимающее сердце... Страх. Страх за Аливию и их сына, страх потерять их в ставшем опасным и непредсказуемом мире, страх самому сплоховать в тот день и час, когда от его способностей и навыков будет зависеть жизнь его близких...
После битвы в Долине Цветов, которая одновременно закончилась победой над армией Бездны и поражением Нолда в противостоянии с Длинноухими, Олег вернулся в родовое поместье Чимир к жене и ребёнку и на несколько седмиц выпал из жизни республики. Ничего кроме семьи его не интересовало... Но шли дни, тяжёлые думы одолевали его всё больше и больше, пока в какой-то момент Олег не осознал простую вещь: что бы ни творилось вокруг, в какой бы хаос не погружались твои надежды, мечты и чаяния, рядом есть те, кто ещё слабее, и кто без твоей опоры попросту пропадёт. И эта банальная мысль стала тем крючком, за который он вытянул себя из раковины отчуждения и вернулся в строй. Злым, напористым и чётко знающим, чего он хочет.