Критически относящийся к нашим выводам читатель, неискушенный в делах филантропии, может воскликнуть: "Какие же личные материальные выводы могло принести создание музея естественной истории в Чикаго, воздвигнутого семейством Филд?" На самом деле постройка этого замечательного учреждения на набережной озера Мичиган не только понизила сумму обложения налогом в период сравнительно высокого подоходного налога и принесла публичное одобрение семейству Филд, но наряду с проведенными на соседних участках мероприятиями повысила ценность недвижимой собственности, принадлежащей семейству Филд и центре Чикаго. Согласно завещанию Маршалла Филда I, часть дохода должна была постоянно идти на улучшение чикагского недвижимого имущества. Старый Филд, подобно старому Астору, был помешан на недвижимости и даже отдал Чикагскому университету участок, граничивший с большим земельным владением, которое он оставил за собой. Своеобразные условия завещания Филда заставили его исполнителей и опекунов лихорадочно искать подходящих отдушин для избыточного дохода с его владений, и наследники безуспешно пытались добиться признания завещания недействительным. Подобно сказочной мельнице, выбрасывающей перемолотую соль в море, оставленные Филдом владения продолжают вымалывать из себя здания, здания, здания, и единственная надежда на передышку зиждется на том, что со временем все эти постройки сделают друг друга взаимно невыгодными.
Эту главу мы закончим парадоксальным выводом: деятельность, носящая неопределенное название благотворительности, лишь увеличивает богатство и могущество богатых людей.
Глава десятая
ПРОСВЕЩЕНИЕ РАДИ ПРИБЫЛИ И ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ НАЛОГА
Классовый характер сознания богачей наиболее откровенно и любопытно проявляется в области образования. Именно в этой сфере псевдофилантропической деятельности богачи особенно ясно демонстрируют, что, создавая освобожденные от налога филантропические фонды, они лишь перекладывают деньги из одного кармана в другой.
Большая доля частных средств, ассигнованных на высшее образование, предоставляется учебным заведениям, принадлежащим почти исключительно богачам. В 1930 г. Олберт Н. Уорд, президент Вестерн Мэриленд колледж, обследовал фонды 400 высших учебных заведений, финансируемых частными лицами, и пришел к выводу, что десять из них, принадлежащие самым богатым лицам и обслуживающие 17% американского студенчества, располагали 43% суммы всех зарегистрированных фондов, пожертвованных на обучение, девяносто высших учебных заведений, принадлежащие верхушке среднего класса и обслуживающие-42% американского студенчества, располагали 38% этой суммы, и триста, принадлежащие низшим классам и обслуживающие 41% американского студенчества, получали всего 19% зарегистрированных пожертвованных вкладов.
Д-р Уорд не включил в свой обзор так называемые государственные колледжи и университеты, находившиеся в ведении штатов и муниципальных советов. За очень немногими исключениями, все они состоят под косвенным контролем тех же самых лиц, которые контролируют и частные учреждения, причем контроль этот осуществляется посредством политических механизмов; тайную деятельность незримых руководителей этих механизмов мы уже рассматривали. Основу обучения в Соединенных Штатах составляет система государственных школ, содержащаяся на средства от налогов. Деятельность богачей в области просвещения начинается лишь тогда, когда им представляется возможность использовать молодых людей, оканчивающих старшие классы государственных школ, путем подготовки их для специальных надобностей в колледжах и университетах.
По данным федерального правительства, в 1933—1931 учебном году в государственных начальных школах училось 20 880 120 человек, а в частных начальных школах (большей частью церковных) - 2 382 251; в старших классах государственных школ обучалось 5 715 608 учеников, в старших, классах частных школ (частично церковных) — 380 880; зато в государственных высших учебных заведениях обучался лишь 529 931 студент, в то время как частные высшие учебные заведения (из них всего несколько церковных) насчитывали 525 429 студентов. Если мы вычтем из этого число студентов, готовившихся стать учителями, то окажется, что в частных высших учебных заведениях было значительно больше учащихся, чем в государственных, — 518 578 человек против 400 598.
Мы не будем рассматривать здесь государственные университеты и колледжи, хотя общие замечания, относящиеся к социальной направленности частных учебных заведений, почти в такой же мере относятся и к находящимся под политическим контролем государственным учебным заведениям.