Вот вкратце история "Алюминум компани": в 1912 г. федеральные суды признали ее монополистическим предприятием; в 1924 г. федеральная торговая комиссия докладывала о ней как об абсолютно монополистическом предприятии, и хотя комиссия подавала жалобы на компанию в 1928 и в 1930 гг., по этому вопросу ничего не было предпринято вплоть до 1937 г., когда правительство снова возбудило дело о ее расформировании. Короче говоря, Меллон пользовался иммунитетом, предназначенным для тех, кто обладает деньгами.
Но немедленно после прихода Гардинга в Белый дом в центре внимания правительства оказалось министерство финансов. Меллон приступил к операциям с государственными средствами с быстротой, разоблачившей подоплеку его избрания. При Меллоне сумма подоходного налога на отдельных миллионеров в результате скидок и изъятий снизилась на 6 млрд, долл.; до его появления в Вашингтоне поголовные скидки с налогов были неслыханным делом. Детали меллоновской программы по снижению налогов были выработаны помощником министра финансов С. Паркером Джилбертом, который позднее стал компаньоном дома "Дж. П. Морган и К°". Джилберт был протеже Оуэна Д. Юнга и Рассэла К. Леффингуэлла, помощника министра финансов при Вильсоне, впоследствии компаньона Моргана.
Меллон даже организовал движение за обложение федеральным налогом всех предметов розничной торговли, открыто пытаясь увеличить налоговый гнет на низшие классы. Хотя при Гардинге, Кулидже и Гувере предпринимались по инициативе Меллона повторные попытки провести этот торговый налог, они каждый раз проваливались в результате оппозиции обеих партий в сенате. Зато проект этих торговых налогов получил бурное одобрение большинства крупных газет, в особенности прессы Херста.
В период, когда Меллон драпировался в мантию Александра Гамильтона, китам крупного капитала угрожала необходимость отдать часть своих военных барышей государственному казначейству, откуда они в сущности их и получили. После объявления войны конгресс разработал налог на сверхприбыли, основанный на доходах корпораций в 1911 — 1914 гг. Налог доходил до 20% на прибыли, превышающие на 15% взятую за основу цифру дохода, до 35% па сверхприбыль от 15 до 25%, до 45% на сверхприбыль от 25% до 33% и до 60% на сверхприбыль свыше 33%. Несмотря на эти сравнительно жесткие расценки, прибыли, остававшиеся после уплаты налогов, были грандиозны. Добавочный военный налог от 2 до 3% приходился на индивидуальные доходы от 8 тыс. долл, до 50 тыс. долл., от 12 до 24% —на доходы от 50 тыс. до 100 тыс. долл., от 27 до 52%— на доходы от 100 тыс. до 2 млн. долл, и от 63 до 65%—на доходы свыше 2 млн. долл. Богачи нашли различные способы уклонения от уплаты этих налогов. Один из этих способов состоял во вложении капитала в освобожденные от налогов государственные ценные бумаги. Однако последних было недостаточно для покрытия спроса богатейших семейств; тогда наряду с ними стали использовать освобожденные от налогов бумаги, выпущенные властями штатов и местными властями, которых банкиры-финансисты понуждали использовать громадные излишки денежных ресурсов Уолл-стрит. Другими способами уклонения от налогов были: помещение денег за границей; объявление дивиденда на основной капитал и перевод наличных доходов в остаток, с тем чтобы отложить их распределение до периода более низких налогов; строительство ненужных заводов, отелей и контор; выплата непомерно высокого жалованья должностным лицам корпораций. Кроме того, прибегали и к внешне законным уловкам, вроде создания персональных акционерных обществ. Хотя доходы имущих классов резко повысились, в 1922 г. налоги, уплаченные на доходы свыше 300 тыс. долл., составили всего 366 млн. долл, по сравнению с почти миллиардом в 1916 г., до введения налогов чрезвычайного времени!
Меллон не чинил препятствий ни одной из этих лазеек. В 1921 г. министерством финансов был разработан новый проект закона о доходе. Этот закон, якобы предназначавшийся для того, чтобы ликвидировать возможность уклонения от налогов, в действительности полностью исключал налог на сверхприбыли; одним взмахом пера он сохранил акционерам корпораций I 500 млн. долл. Максимальный добавочный налог на индивидуальные доходы был снижен конгрессом с 65 до 50%, причем Меллон требовал 25-процентного налога. Однако алчному Меллону и поддерживающим его лицам было недостаточно этой уступки конгресса; в конце 1923 г. были приняты дополнительные меры, еще более сократившие налоги на богачей. Законопроект 1924 г. предлагал снизить максимальный добавочный налог с 50 до 25%, но это показалось чем-то настолько неслыханным, что даже раболепный конгресс не смог принять подобного законопроекта. Принятым вместо него законом был установлен добавочный налог в 37,5%, а имущественный налог на состояния в 10 млн. и выше был повышен с 25 до 40%. Тогда Меллон посоветовал Кулиджу применить право вето,- но президент, прислушавшись к советам других кругов, дал свое согласие на этот закон.