Целую тебя, Ду. Ей-богу, пожалуй, я уже перековалась окончательно.
А ты хотел бы этого?
———
Андрей Андреевич Вересов дочитал письмо. Нет, лицо его не изменилось, только рука дрожала, когда он протянул его сыну.
— Ну что ж, сынище? — полуспросил, полусказал он. — Что ж, пусть так. Пусть с этим действительно все кончено. Хорошо, что оно пришло именно сегодня, правда? Как-то легче все-таки. Тень и свет. Конец и начало. Тот мир и этот… Какое счастье, мальчик, что мы с тобой — на этой стороне!
