9. ОБЩІЕ ВЫВОДЫ И ЗАКЛЮЧЕНІЯ.
Кліонъ, очевидно, принадлежитъ къ высшимъ типамъ птероподъ. Во первыхъ, онъ хищникъ, а всѣ хищники должны были имѣть для своего развитія матеріалъ въ травоядныхъ организмахъ и онъ нашелъ этотъ матеріалъ въ болѣе древнемъ своемъ родственникѣ Limacina arctica. Благодаря этой хищной жизни, и вся жизнь кліона проходитъ весьма быстро въ теченіе немногихъ недѣль короткаго сѣвернаго лѣта. Мнѣ неизвѣстно, способны ли кліоны перезимовывать и живутъ ли они болѣе одного года. Но, встрѣчая весьма молодые экземпляры въ концѣ лѣта, я болѣе склоняюсь къ тому мнѣнію, что кліонъ можетъ существовать, по крайней мѣрѣ, два года. Съ другой стороны, къ такому заключенію приводятъ очень крупные, весьма старые экземпляры, которые иногда встрѣчаются около Заяцкихъ острововъ. Одинъ изъ такихъ экземпляровъ представлялъ очень странное уродство. Онъ не имѣлъ хвостовой части; она почти вся, чуть не вплоть до половыхъ органовъ, была оторвана, или откушена, а на мѣсто длиннаго хвоста торчали только двѣ культяпки, неравной величины. Эти культяпки, также какъ вея середина тѣла, были темнаго, красновато-оранжеваго цвѣта, переходящаго нѣсколько въ малиновый. Почти полное отсутствіе дыхательной полости у этого экземпляра и бодрое, дѣятельное его состояніе, мнѣ кажется, подтверждаютъ вышеприведенное предположеніе, что процессъ дыханія у этихъ животныхъ совершается не только въ хвостовомъ, дыхательномъ синусѣ, но точно также и въ плавникахъ кліона.
Энергическое дыханіе кліона есть прямое слѣдствіе его вообще энергической дѣятельности и почти безостановочной подвижности. Мнѣ приводилось наблюдать въ моихъ акваріумахъ, какъ кліонъ, почти по цѣлымъ часамъ, махалъ своими плавниками, то держась на поверхности воды, то опускаясь на дно, то опять поднимаясь кверху, или кружась'около стѣнокъ сосуда. Въ этихъ движеніяхъ онъ мнѣ напоминалъ движенія нѣкоторыхъ хищныхъ звѣрей, запертыхъ въ желѣзныхъ клѣткахъ. Такія же движенія представляетъ и бѣлка, запертая въ клѣтку; но бѣлки, какъ извѣстно, не могутъ назваться исключительно травоядными животными; по крайней мѣрѣ, онѣ весьма охотно ѣдятъ насѣкомыхъ. Всего охотнѣе кліонъ держится на поверхности воды, постоянно толчется на одномъ и томъ же мѣстѣ, вѣроятно, надѣясь встрѣтить здѣсь свою люби-кую лимацину. Во время течки, это толченіе на одномъ мѣстѣ имѣетъ другую причину и здѣсь, на поверхности моря, всего чаще встрѣчаются парные, оплодотворяющіеся экземпляры. Другой источникъ быстрыхъ, постоянныхъ движеній и скоротечной жизни кліона лежитъ въ сильномъ развитіи его чувствительности, въ сильномъ развитіи поверхностныхъ, нервныхъ тактильныхъ тѣлецъ и мѣстныхъ рефлекторныхъ аппаратовъ. Мы видѣли, что почти каждая точка тѣла кліона представляетъ сильную раздражительность и почти мгновенную сокращаемость; всего болѣе, скорѣе и сильнѣе сокращаются его плавники. Если прикалывать кліона къ диссекціонной ваннѣ, то каждый уколъ булавки тотчасъ же заставляетъ сокращаться уколотую часть. Приколотая голова до того сплющивается, что становится почти незамѣтной, и конецъ согнутаго хвоста, быстро загибаясь, прикладывается то къ той, то къ другой точкѣ приколотой головы и необходимо растянуть и приколоть эту часть для того, чтобъ животное, по крайней мѣрѣ, по длинной его оси, сохранило свою естественную длину.
Прикладываніе хвоста къ головѣ, къ приколотымъ точкамъ, съ одной стороны, показываетъ хорошо координированныя движенія, а съ другой, не указываетъ ли оно ясно на то, что и конецъ хвоста могъ бы служить органомъ хватанія, если бы развитіе пошло въ этомъ направленіи?
Вся защита кліона—чисто пассивная, и мнѣ ни разу не привелось видѣть, при всѣхъ жестокихъ и болѣзненныхъ операціяхъ, которыя я производилъ надъ нимъ, чтобъ онъ прибѣгъ къ защитѣ своихъ красныхъ щупалецъ, или острыхъ и тонкихъ крючковъ своихъ челюстей. Мнѣ кажется, это ясно показываетъ, что есть глубокая разница между органами хватанія и, вообще, хищной жизни и между органами защиты. У кліона, первые, въ своихъ отправленіяхъ, еще не соединились съ послѣдними, и онъ защищается чисто пассивными способами, разсчитывая прежде всего на силу и быстроту своихъ плавниковъ, на возможность убѣжать отъ преслѣдованія, а затѣмъ, на сократимость своихъ мышечныхъ волоконъ. Каждую часть, каждую точку тѣла, на которую нападаютъ, онъ желаетъ какъ бы скрыть, спрятать и утянуть какъ можно дальше отъ мѣста нападенія. И всѣ эти манипуляціи онъ продѣлываетъ обыкновенно чисто рефлекторнымъ путемъ.