Если высказанная догадка о травоядности многихъ птероподъ справедлива, то изъ нея снова возникаютъ вопросы. Можетъ-ли найти постоянно плавающее морское травоядное животное достаточно пищи для того, чтобы поддержать составъ своего тѣла и не вызвать въ немъ уменьшеніе? Тотъ, кто наблюдалъ быстрое, почти безостановочное порханіе Лимацимъ, Саѵоііпіа или Creseis, тому, вѣроятно, представлялся этотъ вопросъ во всей его неразрѣшимости. Бабочка, которая порхаетъ послѣ отдыха въ воздухѣ, имѣетъ въ собственномъ тѣлѣ складъ горючаго матеріала для дыханія въ видѣ углеводовъ ея жировыхъ тѣлъ. Но птероподы такого склада не имѣютъ. Для бабочки, кромѣ этого склада, существуетъ всегда готовая пища въ медовникахъ цвѣтовъ, но гдѣ же можетъ найти такое изобиліе растительной пищи плавающій птероподъ?
Изъ этого ясно одно: трявоядныя крылоногія должны были рано или поздно перейти въ хищныхъ и они это сдѣлали. Травоядныя формы развились въ хищныхъ кліоновъ и Pneumoder-mon. Замѣчу кстати, что эти послѣдніе выработали аппараты, длинные придатки съ присосками, которые позволяютъ имъ держаться на морскихъ травахъ и, такимъ образомъ, отдыхать отъ движенія при плаваніи.
Разсматривая всѣ формы крылоногихъ и разгадывая ихъ филогенетическую послѣдовательность, мы должны прійти къ заключенію, что болѣе раннія изъ этихъ формъ собраны въ группѣ Cymbulina, которая вышла изъ группы Haeteropoda. Къ послѣднему заключенію приводитъ прежде всего сходство гусеницъ первой стадіи у тѣхъ и другихъ. Во-вторыхъ, сходство провизорныхъ раковинъ этихъ гусеницъ—раковинъ тонкостѣнныхъ, прозрачныхъ, завернутыхъ спирально, которыя такъ же легко отдѣляются отъ тѣла, какъ и у взрослыхъ Thecosomata. Въ гусеницахъ Pterotrochea—мы видимъ простой Velum, сходный съ тѣмъ, который мы видимъ у большей части Platipoda, но у гусеницъ Atlanta и Сагіпагіа является разрѣзной Velum, состоящій изъ трехъ паръ лопастей, вибрирующихъ по краямъ. У гусеницъ Cymbulia и Tiedemannia—Velum также разрѣзной—но въ его частяхъ уже проявляется сокращеніе гомологовъ. Въ немъ не шесть, а только четыре—парныхъ вибрирующихъ лопасти.
Другая сходная черта—это хоботъ Tiedemannia. Невольно является вопросъ: откуда могъ взяться этотъ хоботокъ? Повидимому, въ наличности нѣтъ причинъ, которыя бы вызвали необходимость развитія такого органа—и мы должны искать этихъ причинъ въ филогенезисѣ, въ ато-визмѣ и допустить, что этотъ хоботъ есть хоботъ Pterotrochea, но только выродившійся и измѣненный сообразно новому складу организаціи.
Если сравнить постановку органовъ Pterotrochea и Cymbulia, то мы не найдемъ ничего или почти ничего сходнаго. Но еще менѣе сходства существуетъ между Pterotrochea и Atlanta. У Pterotrachea явственно развитая голова, съ большими церебральными узлами, громадными глазами и обособленными органами слуха. У Cymbulia головы почти нѣтъ или она спрятана подъ полостью, въ которой лежитъ сердце. У Pterotrachea вся нервная система разтянута, всѣ узлы разбросаны и соединены между собою длинными спайками, которые напоминаютъ спайки у Lamelli-branchiata. У Cymbulia нервная система централизована, собрана въ глоточное ожерелье. У Pterotrachea ея длинный кишечный каналъ разтянутъ, сообразно ея длинному тѣлу. У Cymbulia-этотъ каналъ укороченъ и почти весь компактно уложенъ въ особый мѣшокъ съ внутренностями. Но этотъ мѣшокъ и составляетъ пунктъ филогенетическаго сближенія.
У Pterotrochea и Cymbulia бросается въ глаза этотъ продолговато-овальный мѣшокъ, блестящій, серебристый, изъ толстой, крѣпкой, сильно пигментированной ткани. Въ этомъ мѣшкѣ у обѣихъ формъ спрятаны внутренности: желудокъ и главная часть полового аппарата. Такого мѣшка мы не встрѣчаемъ ни у какой другой формы моллюсокъ—и въ этомъ фактѣ, какъ мнѣ кажется, кроется главный пунктъ филогенетическаго сближенія этихъ формъ.
Главное измѣненіе заключается въ укороченіи тѣла у Cymbulia, сравнительно съ тѣломъ Pterotrochea. У первой мѣшокъ съ внутренностями до того придвигается къ головѣ, что околосердечная полость занимаетъ мѣсто этой послѣдней. Такое странное положеніе обусловлено, какъ кажется, формой раковины, которой наиболѣе утолщенная часть лежитъ впереди и прикрываетъ сердце—спереди и сверху и отчасти нервное ожерелье снизу.
Для большей легкости движенія, разсѣканія воды, эта передняя часть заострена и выдается конусомъ. Въ этомъ отношеніи Cymbulia подвинулась болѣе впередъ чѣмъ Tiedemannia.