— Молодец!
Но Питер совсем не чувствовал себя молодцом.
Глава 9. КОШКИ ЕДУТ ЗАЙЦАМИ
Ой, смешно! — веселилась Дженни. — Никогда не забуду, как он смотрел. Дурак дураком! А ты что не смеешься?
— Мне не смешно, — сказал Питер.
Дженни посмотрела на его хвост.
— Ты что, сердишься? — спросила она.
— Нет, — печально отвечал Питер, — что с тебя взять… А с хвостом, ты уж прости, ничего поделать не могу.
— Да что такое? — удивилась Дженни.
— Он не дурак и не смешной, — сказал Питер, — а одинокий и несчастный.
— Ты пойми, — возразила Дженни, — он подкупал нас молоком и печенкой…
— Нет, не подкупал, — сказал Питер. — Он угощал нас. А мы с тобой поступили подло.
Глаза у Дженни заблестели, ушки прижались к голове, хвост угрожающе задвигался.
— Все люди плохие, — сказала она.
— Почему же ты водишься со мной? — спросил Питер.
— Ты кот! — закричала Дженни. — Обыкновенный белый кот… Ой, Питер, да мы же ссоримся! Из-за человека! Вот видишь, какой от них вред!
Питер вспомнил всю ее доброту, и ему стало стыдно.
— Прости меня, Дженни Макмурр, — сказал он. — Если тебе тяжело говорить про мистера Гримза, я больше не буду.
Дженни отвернулась и принялась мыться. Принялся мыться и он. Мылись они довольно долго, пока на реке не показался большой пароход. Тогда Дженни поглядела на своего друга.
— Ты такой умный… — сказала она. — Наверное, и читать умеешь?
— Конечно, — ответил он. — Что хочешь прочитаю… если слово не очень длинное.
— Прочитай! — попросила она. — Ну, хоть вон там, на пароходе…
— «Мод О'Рили», — охотно прочитал Питер.
— А вон на том, подальше?
— «Амстердам», — сказал Питер. Он глядел, как опускается солнце за густым лесом мачт, и думал, где же они с Дженни приютятся на ночь.
— Ты хочешь уплыть на корабле? — спросила Дженни.
— На корабле? — закричал он. — Куда?
— В Шотландию, — отвечала Дженни. — Я давно собираюсь в Глазго, у меня там родня.
— Денег нет, — сказал Питер. — Мы не можем купить билетов.
— Мы будем работать. — сказала Дженни. — Там очень нужны кошки. Я-то знаю, я плавала… Только я не понимала, куда корабль идет. Хотела в Египет — попала в Осло!.. А теперь, когда мы читаем, беспокоиться не о чем. Я уж выберу, что нам надо.
— «Раймона», — читал Питер. — Лиссабон.
— В Лиссабоне полно кошек, — замечала Дженни. — Моего типа.
— «Вильямар», Хельсинки… — продолжал он. — «Изида», Александрия…
Дженни заколебалась, но устояла.
— Нет, не теперь… Когда-нибудь отправимся и в Египет, где почитали кошек…
И так отвергала она все, двигаясь все дальше, пока на борту небольшого судна Питер не прочитал уже не золотые, а белые буквы: «Графиня Гринок», Глазго.
— Да, — сказала Дженни, разглядев корабль. — Нелегко тут будет сохранять чистоплотность…
— А они нас не выкинут? — спросил Питер.
— Моряки? — фыркнула Дженни. — Да никогда! Не забывай, что мы кошки, а они народ суеверный. Пошли. Насколько я разбираюсь в кораблях, охраны там нет.
Она не ошиблась, и кошки по сходням взошли на корабль.
Перевела с английского Н. Трауберг.
(Продолжение следует).
ПСИХОЛОГИЯ СПОРТЛОТО
Доктор психологических наук В. ВЕНДА, инженер Н. ГУРЕВИЧ.
С 1971 года по настоящее время было продано более полутора миллиардов карточек «Спортлото». Эта игра быстро и органично вошла в нашу повседневность, и сегодня трудно найти человека, который хотя бы раз не попытал удачи, отметив на карточке заветные номера.
Люди играют в «Спортлото», да и не только в него, потому что почти всякая игра отвечает их эмоциональным и интеллектуальным запросам. В «Спортлото» большинство играющих выбирают номера без какой-либо системы — чисто интуитивно. Одним нравятся какие-то цифры (часто встречается цифра 7), другим — виды спорта, которые стоят за ними, третьи зачеркивают числа, совпадающие с личными или семейными знаменательными датами. Есть и более «глубокие» игроки, основывающиеся не только на эмоциональных импульсах, но и на расчете с использованием математических формул и логических рассуждений.
Итак, полюбившиеся числа зачеркнуты, жребий брошен, и начинается томительно-сладостное ожидание. Каждый знает, что гарантированного выигрыша быть не может, тем не менее азартный игрок очень дорожит своей находкой. Его всегда легко узнать: зачеркивая числа на карточке неподалеку от столика распространителя «Спортлото», такой игрок тщательно прикрывается от других, чтобы никто случайно не увидел его «счастливые» номера.
Ставя в кавычки эти слова, мы отнюдь не ставим под сомнение успех каждого, кто покупает карточку «Спортлото». Ведь участие в этой игре всегда беспроигрышно, ибо это хотя и косвенное, но участие в ударной олимпийской стройке — половина всех средств от продажи билетов идет на строительство объектов Олимпиады-80 и развитие спорта в СССР.
Теперь посмотрим, можно ли играть в «Спортлото», используя точные методы современной науки. Есть ли в этой игре какие-либо закономерности, которые бы позволили обосновать ту или иную стратегию и с ее помощью повысить вероятность выигрыша?
После знаменитых работ Джона фон-Неймана специалисты по созданной им математической теории игр считаются лучшими знатоками и консультантами по проблеме «как надо играть, чтобы выигрывать». (Правда, математическая теория игр чаще решает вопрос, как надо играть, чтобы проиграть как можно меньше.) Исходя из этого мы обратились ко многим математикам с вопросом, можно ли найти выигрышную стратегию для «Спортлото» на основе математической теории игр. Иначе говоря, можно ли в целом при большом числе тиражей (попыток) и теоретически неограниченном вложении денег выигрывать больше, чем тратить на закупку билетов?
Все ответы сводились в основном к следующему: лототрон выбрасывает шары со строго равной вероятностью, следовательно, повысить вероятность угадывания по сравнению со случайным выбором нельзя. Отсюда вывод: в лучшем случае можно выручить половину тех денег, которые затрачены на закупку билетов. Для этого достаточно обратиться за подсказками к любой таблице случайных чисел, например, к нумерации страниц телефонной книги, открывая ее наугад. Таким образом, математики теоретически совершенно строго показали, что постоянно выигрывать в «Спортлото» нельзя, и оно в этом смысле мало чем отличается от обычной лотереи: сиди и жди удачи.
В большинстве случаев математическая теория игр рассматривает ситуации, в которых играющим отводится довольно пассивная роль. Например, угадать, какой стороной упадет монетка — «орлом» или «решкой», оценить вероятность расклада карт у партнеров при игре в бридж, наблюдать, как бешено скачет шарик в рулетке. Во всех этих случаях человек может лишь с большим или меньшим успехом угадать наиболее вероятный выигрышный ход. И при этом вероятность выигрыша практически не связана с мышлением других игроков. Строго говоря, скажем, в бридже план игры состоит в том, чтобы оценить ситуацию — выяснить расклад и принять решение о своих возможностях, а затем добиться минимума, если противник делает правильные ходы, и значительно большего, если он ошибается. Подход здесь чисто объективистский, исходящий из реальности — расклада карт, правильного установления цели игры и правильной стратегии по ее реализации. Элементы психологии здесь есть, но они не существенны для результата.
Итак, в «Спортлото» — это уже подтвердили математики — нет здравой стратегии, основывающейся на реальном приоритете одних чисел перед другими. Однако мы не согласны с тем, что «Спортлото» — это лотерея и выигрышные стратегии здесь невозможны. Наша (впрочем, не только наша) идея заключается в том, что в «Спортлото» нужно играть не против лототрона — его обыграть невозможно, а против других игроков. А для этого надо изучить особенности психологии «среднего игрока» (среднюю стратегию игроков), с тем чтобы учесть это при выборе своей собственной стратегии.