— К бургомистру кум Николай, везу ему вот эти бочки
— Хороши бочки. Дубовые. Добротная работа. Наш господин бургомистр, видно вино собирается завезти в свои подвалы. Я и сам бы не прочь у него купить.
— Где это видано, чтобы вино без бочек возили. Эти так и останутся пустыми.
— Пустые бочки? Зачем они бургомистру? — удивился Николай.
— Под воздух, — с полной серьезностью объяснил Петр.
Николай, человек вспыльчивый, покраснел от гнева, заметивший это Петр не нал ему заговорить.
— Кум Николай, кум Николай, я не надсмехаюсь над вами. Эти бочки, в самом деле, для воздуха. Так мне растолковал Иоганн, слуга господина бургомистра, и еще приказал, чтобы их плотно сбить и донца хорошо пригнать.
— Врет чертов Иоганн, — пробурчал, не остыв еще от гнева трактирщик. — Воздуха везде полно, на кой его в бочки запихивать.
— А я верю Иоганну. Наш господин бургомистр, человек бывалый, науки он изучал и в Нидерландах, и во Франции, пожил и в Англии. Он любит людям разные штучки показывать.
— Ну что там за фигли-мигли… Его не за разные штучки люди любят, а за то, что в то время как буян Тилли осаду города начал, наш господин бургомистр, хотя тогда и бургомистром не был, — где там, наверно, и тридцати не насчитывал, встал на защиту Магдебурга.
— А защитить его не защитил. Шведы тогда на помощь не пришли. Тилли захватил город и сжег его. Бургомистр Герике, ну, тогда его еще называли так, как всех, «господин», все свое состояние потерял и вдобавок в тюрьме посидел, императорские слуги его туда бросили. Радоваться надо, что военные времена прошли, и что наш бургомистр может своими штучками заниматься, это лучше, чем города оборонять. Ну, отдохнул малость, пора и в дорогу.
— Осторожнее везите поклажу. Смотрите, чтобы воздух у вас не вытек из бочек!
Во дворе недавно отстроенного великолепного дома бургомистра Герике стояла телега с насосет и шлангами, около нее толпилось много народа. К счастью, следов пожара Петр не заметил. На крылечке сидела супруга бургомистра, рядом экономка и горничная. В окнах виднелись лица прислуги, лакей Иоганн крутился по двору.
— Наконец-то добрались! — закричал он, увидев Петра. — Давайте сюда свои бочки! Ну, смотрите, если они не так плотно сбиты, как велел господин бургомистр! Из боковых дверей вышел бургомистр Отто Герике. Высокий, худой, с узким лицом, обрамленным шведской бородкой и усами, в обтягивающем кафтане с белым воротником, он выглядел моложе своих сорока пяти лет. Весело посмотрев на собравшуюся толпу зевак, он подошел к бочкам.
— Давай сюда одну, Петр. Налейте в нее воды дополна. Несколько слуг поспешно бросились за водой. Господин Герике, улыбающийся, довольный, прохаживался перед зеваками. Любил он похвалиться своими опытами.
— Ну, ты, Клаус, скажи мне, что в этой бочке? — обратился он к первому попавшемуся на глаза парню из толпы.
— Ничего нет, ваша милость.
— Ничего?
Клаус для пущей уверенности заглянул внутрь.
— Ничего.
— Эх, ты, разиня, а воздух?
— Воздуха не видно, получается как будто его нет, — смущенно пытался оправдаться подросток.
Слуги возвратились, неся полные ушаты воды и начали наполнять бочки.
— Теперь забивайте крышкой и хорошенько залейте щели пеком, — приказал бургомистр. Ну, Алоис, что сейчас в бочке?
— Вода, ваша милость.
— А если выкачаем воду?
— Тогда воздух, — рискнул Алоис.
— Разиня, а как он туда может попасть. В бочке будет пустота, понимаешь? Только тогда в бочке действительно ничего не будет. Сейчас вам покажу, как создается вакуум.
По указанию бургомистра на отверстие в бочке, старательно уплотнив ее края, укрепили насос.
— Выкачать воду, — приказал бургомистр.
Слуги, трое коренастых парней, приступили к делу. Выкачивание воды из плотно закрытой бочки оказалось однако делом нелегким, насос работал с трудом. Но вода хоть и медленно. все же вытекала. Совершенно неожиданно для присутствующих, когда вытекла приблизительно половина воды, раздалось грозное шипение. Это воздух, найдя в бочке какие-то щели, просачивался туда.
Бургомистр осматривал бочку, что-то недовольно ворча. А собравшимся забава понравилась. Расходились медленно, перепрыгивая через лужи воды.
— Ну и дела, — рассказывал какой-то паренек приятелю, остановившись на углу улицы. — Наливали, наливали, а потом выливали, выливали! И сама госпожа — жена бургомистра пришла. Хорошо бы господин бургомистр нам еще раз показал такое наливание и выливание. Говорю тебе, вода лилась, лилась. А потом получилась пустота. Понимаешь, она сипела и свистела.