В 1913 году российский конструктор, офицер ГАУ (Главного Артиллерийского Управления) Владимир Григорьевич Федоров предложил относительно легкое индивидуальное стрелковое оружие под патрон собственной разработки, способное вести огонь в полностью автоматическом режиме. Кроме того, он наметил основные черты концепции промежуточных патронов. Суть его предложения состояла в том, чтобы использовать малокалиберные (6,5 мм) патроны с несколько меньшей, чем у винтовочных боеприпасов мощностью и отдачей. Тогда оружие становилось более устойчивым при автоматической стрельбе, обладая при этом приемлемыми габаритами и массой.
Во время Первой мировой войны эта винтовка, названная впоследствии автоматом (кстати, сам этот термин был введен именно В.Г. Федоровым), проходила испытания в Российской армии. Однако она была переделана под японский винтовочный патрон 6,5x50 SR Arisaka и по своим качествам максимально приближена к ручным пулеметам, недостаток которых был весьма ощутимым на фронте. Дело в том, что вводить новый патрон во время войны оказалось достаточно сложной задачей для тогдашнего уровня развития промышленности, и было решено использовать близкий по характеристикам японский патрон. Кроме того, в России в то время имелось большое количество таких боеприпасов в связи с тем, что в целом ряде воинских частей японские винтовки состояли на вооружении. В 1916 году автомат Федорова получил боевое применение и был введен на частичное вооружение армии по четыре единицы на взвод.
Однако идеи Федорова не были должным образом развиты и использованы. Со временем они были благополучно забыты. Этому в значительной мере способствовали следующие друг за другом периоды социально-политических явлений, связанных с Октябрьской революцией и последовавших за ней военных действий. В последующие годы тяжелейшая экономическая ситуация в стране не позволяла внедрить новый тип боеприпасов, да еще и нового калибра. Хотя преимущества нового концептуального боеприпаса при использовании его в качестве основного были вполне очевидны. Так, например, уменьшение размеров и массы патрона (относительно винтовочных) увеличивало носимый стрелком боезапас, а также позволяло значительно экономить сырье при производстве. При этом уменьшенная отдача «федоровского» боеприпаса позволяла уменьшить массу и размеры самого оружия, увеличить его живучесть и ресурс. А также способствовала росту кучности и точности стрельбы среднестатистического солдата, как при одиночном, так и при автоматическом режиме ведения огня.
Впрочем, в первой трети XX века проблема конструирования самозарядных и автоматических винтовок, которые могли бы по надежности, стоимости и боевым характеристикам претендовать на роль основного оружия пехоты, остро стояла во всем мире. Причем задача обеспечения таким оружием солдат оставалась практически нерешенной вплоть до начала Второй мировой войны, а по большому счету и до ее окончания. Роль основного стрелкового оружия пехоты досталась пистолетам-пулеметам и магазинным винтовкам. В такой ситуации введение нового концептуального боеприпаса было просто неактуальным.
Однако еще в 1920-30-х годах работы по расширению возможностей пистолетов-пулеметов привели к появлению в Европе ряда экспериментальных патронов увеличенной (относительно пистолетных) мощности. Среди них такие как: 7,65x35 (Швейцария); 7x39 (Германия) и 7,75x39,9 Gecco (Германия).
Первым официально принятым на вооружение регулярных войск промежуточным патроном можно считать американский .30 M1. Он был введен осенью 1941 года, однако его масштабное боевое использование пришлось только на конец Второй мировой войны. Причем применялся он скорее как вспомогательный, так как кроме него американские солдаты массово вооружались пистолетами-пулеметами, магазинными и самозарядными винтовками. Кроме того, по своему устройству .30 M1 был ближе к пистолетным боеприпасам. Так, его гильза имела характерную для последних цилиндрическую форму, а пуля была тупоконечной и относительно короткой.
Именно по этим причинам многие специалисты отдают пальму первенства внедрения промежуточных патронов немцам с их патроном 7,92x33, принятым на вооружение Вермахта в 1943 году. Его удачное боевое применение стало своеобразным катализатором разработки и внедрения новых промежуточных боеприпасов во всем мире. Наиболее распространенными из них оказались 7,62x39 (СССР) и 7,62x51 (США). Они стали основными для образовавшихся в послевоенные годы противоборствующих блоков — стран Варшавского договора и НАТО соответственно. Кроме того, в этот период были разработаны также 7,92 СЕТМЕ (Испания); 7,65x35 MAS (Франция);.280 (Великобритания) и 7,62x45 М 52 (Чехия). Причем только последний из них официально состоял на вооружении (в 1952-58 годах).