Я сварила кофе, достала из сумки ксерокопию прав Жиля и стала их внимательно рассматривать. Ничего особенного. Фотография, конечно, смешная, но вы моей не видели. Когда я меняла права в последний раз, то забыла причесаться, поэтому волосы у меня на голове стоят настоящим дыбом. Я нисколько не преувеличиваю, но, поскольку, как мне объяснил клерк, выдававший права, прическа значения не имеет, то переделывать ничего не стали, вот я и езжу с правами, на которых только сама себя узнать и могу. В принципе, если на брюнета надеть кепку, темные очки и немного выпустить вьющиеся волосы из-под кепки, то получится Жиль. То есть я хочу сказать, что чуть загримировавшись, практически любой может воспользоваться чужими правами, тем более, если он берет автомобиль на прокат и платит при этом наличными, оставляя щедрые чаевые. Значит, нужно искать мужчину, который мог бы позаимствовать права Жиля на время. Кандидатура, как я уже сказала, у меня была только одна — Джереми. Жульена, несмотря на его отношения с братом, я почему-то не подозревала. Пока. Зазвонил телефон. Это был инспектор Норман.
— Вы уже завтракали? — спросил он, не здороваясь, считая, видимо, что раз уж мы уже виделись, то здороваться не обязательно.
— Я же Вам еще утром сказала…
— Жаль.
— Что нибудь новое выяснилось?
— И да, и нет, — сказал инспектор. Мне показалось, что он чем-то озадачен.
— Хотите кофе? — помогла я ему напроситься в гости.
— Хочу, — обрадовался инспектор.
Я поставила еще кофе, пошарилась без особого успеха в холодильнике, выудила оттуда остатки сыра. На кухню заглянул Алик.
— Можно мне тоже кофе?
— Конечно.
И достала его чашку из раковины, чтобы вымыть.
— Кого-то ждете? — спросил Алик, заметив сыр.
— Инспектор опять напросился, — вздохнула я.
— Идите в лавку, — распорядился Алик. — Я что-нибудь сооружу и доварю кофе.
И я поспешила в лавку, за которой присматривал Кит, развалившись на своем топчане у прилавка. Минут через десять появился инспектор. Я разговаривала с покупательницей, которая пришла за нашумевшим романом «Утка в страусиных перьях». Роман был о светской жизни, а у нас в лавке продавались только детективы и приключения. Я не очень успешно пыталась ей это объяснить, жалея, что нет поблизости Алика, который виртуозно убеждал таких покупателей выбрать что-нибудь из нашей коллекции. Я помахала рукой инспектору, он поприветствовал меня, приложив два пальца к козырьку кепки и деловито прошел на кухню. Через минуту появился Алик. Я с удовольствием сбагрила на него покупательницу и тоже пошла на кухню, где инспектор уже налил себе кофе и пытался ухватить горячий бутерброд, который смастерил для него из остатков сыра и батона заботливый Алик.
— Что-нибудь выяснили? — спросила я.
Инспектор проглотил кусок бутерброда, сделал большой глоток кофе, потом встал, поискал глазами сахар, который мы с некоторых пор держали только для него и который неизменно забывали ставить на стол, когда инспектор заглядывал на чашку кофе. Я достала сахар из кухонного шкафчика и повторила свой вопрос.
— Вы мне второе крупное дело разваливаете, — неожиданно обрушился на меня инспектор, размешивая в чашке четыре куска сахара.
— Вы что? С ума сошли? — немножко грубее, чем следовало, спросила я. — Я даже не притрагивалась к Вашему делу. Более того, я все время сотрудничала с полицией!
— Простите, — буркнул инспектор. — Опять сложности начались.
— Какие, если не секрет?
— Ну, во-первых, оказалось, что машину на прокат брали по правам, которые Жиль потерял вместе с бумажником три месяца назад.
— А во-вторых?
— Вас это не удивляет?
— Скорее, нет. Я ведь Вам уже говорила, что нужно быть полным идиотом, чтобы убить женщину, присвоить себе ее наличность и возить в машине ее книжки на русском языке и взять машину на прокат по своим собственным правам, собираясь ехать на преступление..
— Ну, это бывает у преступников, которые абсолютно уверены, что их не заподозрят…, - начал было инспектор, но сам себя перебил. — Впрочем, права он мог сам объявить утерянными, заранее планируя убийство.
— За три месяца? А Софья впервые обратилась к нотариусу гораздо позже.
— Ну, он мог с ней познакомиться где-нибудь, наладить отношения, а потом порекомендовать невзначай брата.
— Не слишком ли сложно и рискованно?
— А в чем риск?
— Зачем рекомендовать брату, который мог вывести и вывел на Жиля? Я сама узнала о Жиле, когда стала наводить справки о Жульене. Случайно.
— Пожалуй, Вы правы…