Вилли же глядел на находку с большой надеждой. Раз в самой близи от них открылось много существенного, выходит, и их шурф должен дать им еще больше. А находки, бесспорно, существуют, ведь иначе не объявилось бы здесь такое количество белых золотоискателей. Если ты где-то наткнешься на одних китайцев, то считай - дела плохи, все стоящее смыто будто волной, ибо только эти упорные, не взыскательные трудяги могли справиться с такой крайне напряженной физической работой. Долгое время братья не могли, как им в общем-то полагалось бы, сплотиться в работе. Для Вилли появление других людей означало избавление от невыносимой скуки и одиночества. В то же время, без всякого сомнения, в любую минуту могло случиться так, что их палатка, а заодно и присутствие их самих, рано или поздно обнаружилось бы мужчинами из поселка.
В конце концов они сочли самым целесообразным - утром следующего же дня разобрать палатку и вновь поставить ее наверху, как и остальные, застолбив участок и делая вид, что они копают там, в то же время тайно продолжать работу на месте найденной ими жилы. Прежде всего, следовало сохранить секрет умершего золотоискателя и совершенно скрытно искать место, похожее на обозначение в схеме.
Итак, еще одну ночь они переспали на старом месте, а следующим утром поставили свою палатку на противоположной стороне горы. Этот вариант показался им более разумным, чем вселение в один из грязных, полуразрушенных домов.
После полудня посетители не заставили себя долго ждать. Но сей визит никак нельзя было назвать дружественным, что было естественным среди соучастников, - гости лишь хотели осторожно, не скрывая завистливого взгляда, поинтересоваться, кто это еще пытается заполучить долю того сокровища, которое и без них есть кому разделить.
Однако Вилли знал этот тип людей, умел "обходиться с ними и полностью расположить их к себе. Он быстро выведал, что здесь находились всевозможные металлы, которые окупили бы организацию разработки, золото тоже есть - но мало. Рассказывали также о трактире, сооруженном внизу в деревне и магически притягивавшем Вилли. Он сразу собрался отправиться туда со своими новыми друзьями, чтобы, после длительного перерыва, устроить себе, наконец, веселый вечер.
Вилли покровительственно кивнул брату:
- Будь же очень внимательным, мой малыш, тебе ведь известно, чего это стоит. Я должен пойти, чтобы благодушно настроить народ. Ибо, будучи раздраженными и озлобленными, такие люди могут быть очень опасными. Я в этом деле знаток, так же как ты - в работе. Да, каждому бы твои силы!
Он тщательно умылся, привел более-менее в порядок взятую с собой одежонку, впервые после длительного перерыва побрился и даже постриг свою запущенную шевелюру. После этого он удовлетворенно подмигнул собственному отражению в маленьком карманном зеркальце. Ему уже успели рассказать и о какой-то белой девушке, обслуживающей в кабачке гостей, - очень обнадеживающая новость!
Несколько дней спустя Фрэнк притащил с охоты молодую косулю. В палатке еще царил полный беспорядок - Вилли как раз мыл посуду. Фрэнк, не торопясь, опустил убитую дичь на пол и спросил брата:
- Ты проверил на плавкость те кусочки породы, что я дал тебе сегодня утром?
- Ой, совсем забыл, Фрэнк. Ну, да ведь это и лучше, если ты сделаешь это сам. Тогда уж точно все будет высчитано правильно.
Фрэнк раздраженно поморщился, но ничего не ответил. Ведь было бы излишне и бесполезно спрашивать, почему Вилли не смог бы точно и аккуратно сделать расчеты. Фрэнк долбил и копал каждый день. От тяжелейшего труда и страшной усталости ему едва удавалось добывать средства на существование. И не только потому, что все продукты в поселке были недоступно дороги, чуть ли не на вес золота, - большую часть его ежедневного заработка Вилли оставлял в трактире. Да и кварцевый пласт оказался не так богат золотом, как они надеялись. Каждый день он приносил, в основном, пустую породу. Выходит, пласт уже истощился? Фрэнк решил выкопать шурф в другом, обещающем больше находок месте, а Вилли по своей лености даже не соизволил хотя бы сделать пробы.