„Сумасбродство какое-то, - бормотал Тун. - Богатые люди дают волю чувствам и радуются, как маленькие дети. Ба, Христов праздник! Праздник для богатых людей! Хорошо покушать и выпить!"
Торговая площадь была покрыта большими лужами воды. Тун со своей котомкой за спиной равнодушно вышагивал в том направлении. Тут со всех сторон послышалась музыка. Он обрадовался -музыку он любил - остановился и прислушался. Когда музыка закончилась, он услышал многоголосое пение. Тун понимал не все, о чем здесь пелось, но сумел различить лишь слова: „Спаситель родился", -повторенные много раз.
Он собрался было подойти ближе, но тут почувствовал сзади грубую руку. Она крепко вцепилась в него и потащила в совершенно ином направлении, прямо через большие лужи, по всей рыночной площади.
- Вон из нашего поселка, парень! - приказал ночной сторож, схвативший его. - Плыви, я тебе сказал! И не показывайся больше здесь! - Он крепко поддал Туну еще разок и после этого отступил.
Тун, яростно ругаясь, зашагал прочь от поселка, дальше по центральной улице. В его сердце все клокотало; лишь время от времени ему казалось, что с неба падал лучик света, своего рода звездный бисер.
„Странно", - пробормотал он, - что я именно эти слова уловил! Каким же чудесным должно было быть продолжение? Эти сторожа всегда появляются в самый неподходящий момент!"
Дело шло к полуночи. Тун очень устал, его ноги тряслись, а в ступнях болело. То и дело он останавливался и перебрасывал мешок с одного плеча на другое, потому что веревка давила.
„Если бы у меня остались деньги после пивной, -со злобой думал он, - теперь они лежат в грязных карманах хозяина бара“.
На одном из поворотов дороги стоял сарай, некое подобие хлебного амбара, вокруг которого по столбам располагалась погрузочная платформа. Он пролез между столбами внутрь, в затхлую темноту, под брусками. Плотно прижавшись к стене, он стал устраиваться ко сну. Но из-за холода сон не приходил. Откуда-то издалека, сквозь ночь, проникал звон колокольчика.
Ему на ум снова пришли слова из песни: „Спаситель родился..." Кто бы это мог быть - Спаситель?
Ну и болван же этот мужик, что выгнал меня в самый момент! Но, вообще-то, может там и не было ничего особенно интересного. Отец всегда говорил, что эти боговерующие вечно рассказывают глупости: о воде, превратившейся в вино, и еще о многом другом. Но этот Гизе был шустрым малым, жаль, что он теперь лежит в пивнушке и дрыхнет. Пивнушка... что там говорил хозяин? Голубятники с Гартенштрассе? Не слышал ли и он что-то об этой истории в Амстердаме? - Спа... как-как это было?... Спас... ах да, Спаситель...
Несколько дней спустя после этого ночного происшествия Тун брел вдоль широкого канала, текущего к Рейну. Вода плескалась о набережную и откосы, на которых сейчас было по-зимнему серо, сверху свисало такое же серое небо. Пустынной выглядела дорога, а неподалеку, вплотную и вдоль берега, тянулась узкая бурлацкая тропа, где на маленьких лужицах уже образовалась тонкая ледяная корка. Тун маршировал дальше. Его шаг был уверенным и твердым, его сапоги громко стучали по замерзшей земле. Он был полон жизненных сил: ведь он был сыт, рюкзак за спиной легок, а в узелке, что лежал у него в кармане, позвякивали монеты, среди которых даже несколько серебряных. Он занялся торговлей вразнос. Весь ассортимент своих товаров нес он в котомке за спиной.
Тун прокручивал в мыслях события последних дней. Как ловко он обвел вокруг пальца этих крестьян! Да ведь он и не соврал им вовсе, сказав, что ищет работу. А потом эти школьные учителя! Они купили у него письменных принадлежностей, не выгадав ни единого гроша! Вот только у пекаря, да, там он был непредусмотрителен. Дело повисло на волоске и чуть-было все не пошло насмарку! Парень, парень! Тун все еще не избавился от страха, - стоило ему только подумать о том, что тот мужик сумел-таки схватить бы его за шиворот за попытку обмануть. Он вытряс бы из него всю душу. Нет, такого маха он больше не даст. Нужно всегда оставаться джентльменом, пусть даже бродяге или коробейнику. Как только человек переставал быть джентльменом, жизнь в чем-то теряла, безвозвратно теряла!
Он поднял взгляд на небо - очевидно, скоро пойдет снег. Ему бы очень хотелось добраться до города прежде, чем начнется снегопад, а посему он поспешно зашагал дальше. То и дело он поскальзывался, поэтому нужно было быть осторожным, чтобы не угодить в плещущуюся воду, которая, серая и грязная, текла рядом с тропой бурлаков.
Тун вдруг увидел впереди, вдалеке, чью-то фигуру, видимо, мужчину, который точно так же, как и он, нес на спине мешок. Парень подумал, как же медленно шел этот мужчина! Наверняка, какой-нибудь старикашка или смертельно уставший бедолага! Тун поддал еще скорости и стал быстро догонять.