Через некоторое время страна, где росли пальмы, стала Хендрику ван Бингену чужой, и вскоре он решил вернуться на родину со своей десятилетней дочкой. Итак, куда ему было податься? Из родственников в живых не осталось никого, кроме одной тетушки, у которой он еще ребенком проводил каникулы. Разве не следовало ему хоть раз написать тетушке Марии? Возможно, она все еще жила в своем чудесном доме, с большим садом позади него, где он так любил играть, когда был мальчиком. Усадьба находилась в конце спокойной улицы маленького провинциального городка Меервордена, неподалеку от городских ворот, приблизительно около того места, где прежде был крепостной вал.
Это был солидный сельский дом в два этажа. С улицы в него между окнами вела, как бы встроенная в стену, дубовая дверь с тремя каменными ступенями перед ней. В детстве он с удовольствием лазил по мощным фруктовым деревьям; там он несколько раз рвал штаны...
Итак, ван Бинген написал в Голландию письмо, в котором рассказал обо всем. В нескольких строках он обрисовал свое положение и выразил желание вернуться на родину: возможно, неподалеку от тетушки подыщется какая-нибудь небольшая квартирка.
Уже через несколько недель он получил ответ. Тетушка приглашала его приезжать как можно скорее вместе с маленькой Нонни; с большой радостью она ожидала обоих. Сердечно встретила тетушка Мария гостей, едва только они переступили порог. Изящная маленькая девушка сразу же пришлась ей по душе.
Собственно, ван Бинген собирался пожить у своей тетушки лишь несколько недель, пока он найдет для себя и ребенка подходящую квартиру в городе. Потом он решил найти какое-нибудь занятие, которое давало бы ему дополнительный заработок к его пенсии. Но уже через несколько дней тетушка Мария предложила ему остаться жить в ее доме навсегда, поскольку места хватало для всех. С благодарностью он принял это приглашение.
Сегодня был унылый, холодный день, с пирогами и дождем. Стемнело раньше, чем обычно, однако в доме за плотными шторами было светло, тепло и уютно. В гостиной семья садилась за ужин. Рядом с имевшим плотное телосложение отцом и высокого роста тетушкой Нонни казалась особенно маленькой и хрупкой. Несмотря на это, она была озорной шалуньей; часами она могла резвиться под огромными фруктовыми деревьями и бегать наперегонки с большим легавым Плутоном. Но иногда она вдруг забиралась в укромный уголок, и взгляд ее темных глаз становился задумчивым и грустным.
Тогда Нонни с тоской вспоминала о далекой родине, о своей матери, то, как она лежала в гамаке под развесистой листвой бананов, о чудесных цветах и бабочках, о стройных пальмах, мощных холеных деревьях.
Часто тетя Мария находила девочку, погруженную в свои печальные мысли, и тогда она брала ее за руку и рассказывала ей о Спасителе, Который так любил детей.
В это время года Нонни уже не играла в саду. Когда было так неуютно, холодно и пасмурно, как сегодня, ее отец предпочитал, чтобы она оставалась дома. Ее отец беспокоился о ее здоровье, хотя она с тех пор, как приехала в Голландию, еще ни разу не болела. Как сильно Хендрик ван Бинген был привязан к дочери!
Он вернулся домой всего лишь час назад, позже, чем обычно. Улыбаясь, он показал на толстый портфель на письменном столе:
- Посмотри, тетушка Мария, когда я сюда приехал, я боялся, что не найду себе подходящей работы, а теперь я желал бы, чтобы ее было не так много. Нотариус дал мне целую пачку актов домой, так что сегодня вечером я должен посидеть за письменным столом, чтобы успеть все сделать. Куда охотнее я пошел бы в сад и пособирал груши и яблоки. Но придется отложить это до завтра. А завтра Нон мне поможет, правда, малышка?
- Конечно, папа. Ты будешь срывать яблоки с дерева, как это делал Дьоко на Матараме с орехами, которые росли на высокой пальме?
- Нет, Нон, ну что ты? - рассмеялся ван Бинген, -мы же не на Яве, яблоня - это не кокосовая пальма, а твой отец - не какой-нибудь яванец! Но ты сможешь собирать упавшие яблоки в корзину, это тоже неплохо. Так они разговаривали и шутили друг с другом какое-то время.
После еды и короткой молитвы тетушка Мария убирала со стола, а Нонни помогала ей мыть посуду. Господин ван Бинген устроился за письменным столом и с головой ушел в свои дела. Когда тетушка Мария управилась на кухне, она села за пианино, что делала почти каждый день. Часто случалось так, что люди, проходившие в это время по улице, останавливались, чтобы послушать, как играет старая дама. Тетушка Мария любила старый клавир, потому что с этим инструментом для нее были связаны самые прекрасные воспоминания. Выросшая в большой семье, она еще молоденькой девушкой научилась хорошо играть и часто музицировала и пела вместе со своими сестрами и братьями. Потом родители умерли, братья разлетелись по миру, сестры вышли замуж, а она обвенчалась с молодым моряком, чей портрет висел над пианино. Ему она играла самые прекрасные мелодии, и однажды вечером, когда ее молодой супруг вновь отправлялся в путь, он попросил ее: „Мария, сыграй мне еще раз песню Сильвестера, ну, ты знаешь!.."