Начиная со времен Петра I и чети, и копны постепенно начали выходить из употребления: землемерная техника сделалась совершенней, землю стали измерять десятинами, и этот счет продержался до самой революции. Именно десятинами, отобранными у прежних владельцев, переманили в 1917 году на свою сторону крестьян большевики.
А в исторических памятниках мы часто встречаем — повторим еще раз — удивительный памятник глазомера и твердости рук русского человека, каким является счет на чети и копны, для нас непривычный, но тем не менее точный и безошибочный.
Ранее мы уже говорили о мерах вместимости, иначе сказать — объемов. Но тогда речь шла о сыпучих веществах, которые могут существовать и сами по себе, например, будучи насыпанными в кучу или помещенными в каких-нибудь кулях, мешках и т. п. А вот жидкость без посуды просто не сохранишь. И потому с давних пор мерой объема жидкостей становились принятые в быту сосуды разного вида и величины: бочки, корчаги, кувшины и так далее. Особенной четкости поначалу не требовалось: того, что мы именуем розничной торговлей, в начальные века нашей истории попросту не существовало. Ведь, например, молоко было свое в любом, даже самом бедном хозяйстве. А мед для питья, все прочие напитки, которые не в каждом доме могли приготовить сами, растительное масло и другие жидкие продукты закупались сразу помногу и надолго.
Положение резко изменилось, когда столь почитаемый многими «просвещенный» Запад «осчастливил» Русь таким «достижением», как изготовление питьевого спирта и из него дотоле неведомого русским одуряющего питья — водки. Произошло это, как считают большинство ученых, в XV веке. А уже в XVI веке появилось на Руси небывалое доселе слово «кабак». Слово это то ли тюрское, то ли идущее из некоего немецкого диалекта — споры о том ведутся филологами. Но что оно омерзительно — тут разногласий быть не может.
Кабатчикам сразу же понадобилось точно вымерять порции дурящего зелья. И потому не имевший прежде особой точности набор мер для определения количества жидкости вскоре обрел определенность. Бочки оставались бочками. А вот несколько меньшее количество хмельной влаги обрело единицу, именуемую ведро. Тут опять же ведутся чисто филологические споры о его происхождении. Возводят его и к греческому языку (где гидрия — довольно большой сосуд для воды), и к другим корням. Важно другое: именно ведро стало той начальной точкой, от которой тогда и позже — вплоть до 1917 года — отсчитывали и более мелкие, и более крупные единицы объема жидкостей.
В Московском государстве наиболее применяемыми мерами были кружка, ковш и чарка. Ведро вмешало в разные времена 10–12 кружек. В ковш входили 3 кружки. А чарок в одной кружке считалось 10. Точный объем мерного ведра той поры опять же составляет предмет спора между историками. Их оценки колеблются в пределах от 10 до 14 литров. Соответственно трудно точно назвать емкость кружки и чарки. Знакомство же с сохранившимися экземплярами чарок дает размер приблизительно в 143 миллилитра (можно сказать еще и «грамм» — ведь в метрической системе объемные меры определяются по чистой воде, а 1 миллилитр ее как раз и соответствует весу в 1 грамм). В конце XVII века в кабацком деле произошла реформа: кружек в ведре стали считать 8, чарок же — 200 (по 25 чарок на кружку). Так отмеривали хмельное питье, в частности, разухабистым «молодым реформаторам», облепившим со всех сторон царя Петра I, который, впрочем, и сам, притом не по единой чарке, приносил дань «богу Бахусу» (он же — и Ивашка Хмельницкий, разумеется, от слова «хмель»).
Впрочем, царь Петр любил наводить во всем четкий порядок, смахивающий на пресловутый немецкий «орднунг». Не прошло мимо его внимания и питейное дело. При нем и его ближайших преемниках почтенные профессора из Санкт-Петербургской «де сиянс» академии поставили это дело на научный лад. Академики Делиль и Винсгейм производили свои штудии дотошно и сугубо скрупулезно. И из их рук вышло мерное ведро с объемом в 12,42 литра. С течением времени их не менее ученые последователи объем расчетного ведра снизили до величины 12,3 литра. От размера ведра исходили и при определении прочих жидкостных мер.