Две цели полностью исчезли из вида, юркнув вниз под бугор, чем воспользовались стронги, стремительно ускорившись для сокращения дистанции. Расчёт был верным — достигнуть эффекта неожиданности. Две машины почти одновременно перемахнули через холм. Но представшая картина стала неожиданной для самих охотников.
БТР и бронеавтомобиль вместо того, чтобы быстро ретироваться от погони, стояли в паре сотен метров на покатом склоне. Из люка тигра в крыше высунулся боец с гранатомётом на плече и выцеливал преследователей. Однако пушка БТРа и пулемёт бронеавтомобиля смотрели в противоположную сторону.
Поршень резко крутанул руль влево и проорал в рацию:
— Граник!
Второй тайфун дал по тормозам вместо маневрирования, так что наклон машины не позволил стрелку на крыше опустить ствол ЗУшки ниже уровня крыши. Враги оказались в мёртвой зоне крупного калибра. На заминку откликнулись бойцы внутри и пулемёт над кабиной оживился и пришёл в движение.
Огромная картина, замедлившись на секунду, разорвалась на множество событий, как на лоскуты. Гранатометчик спустил курок, за спиной у него вырвался огненный хвост и граната, раскидывая в стороны лопасти и раскручиваясь, устремилась к своей назначенной цели. Водитель тайфуна судорожно врубил заднюю передачу и дёрнул машину назад. Часто загоготал пулемёт, перечеркнув внешника с тубусом и раскидав его верхнюю часть тела на ярко-красные тряпки. Залились в беспрерывном лае пушка бронетранспортера и ствол на крыше тигра, водя прерывистыми огненными лучами по дну огромного оврага. С высоты крыши резко разворачивающегося тайфуна случайный взгляд Рата скользнул по надвигающейся на холм куче тварей, ведомой несущимся неизвестно откуда взявшегося в такой глуши бронеавтомобилем. Справа сильно громыхнуло, заставив стрелка вжаться в кресло. Страшная мысль обожгла сильнее жара от огня, доносившегося от пылающего ган-трака — внутри умирали братья по оружию. Дёрнуло от мгновенной остановки и Рат, скрипя зубами, навёл ствол на противников. Разбираться, кому жить, а кому остаться навсегда на этом чертовом кластере, стрелок не стал, вжав спуск. Пулемёт на крыше по соседству тоже заработал в полную силу. Рация не смолкала, выдавая гневный матерный клич командира.
***
Рамм бродил между серых тел и огромным двуручным мечом закалывал шевелящихся недобитков.
— Командир! — послышался голос Рата в рации, — нолдовская тачка вроде, без опознавательных знаков. Броня крепкая, но не выдержала нашего калибра.
— Остался кто в живых?
— Машина в решето, без шансов, водитель один был, в фарш его перемололо. Как думаешь, внешние к нему навстречу ехали?
— А мы сейчас узнаем! — отозвался Поршень, — давайте к тигру.
Водитель выволок из бронеавтомобиля солдата, грубо кинул его на землю и стал наносить ему мощные удары ногами под дых и спине, катая того того по обгоревшей траве.
— Подожди, — запыхавшимся голосом окликнул Поршня подбежавший командир, отстранил его от стонущего тела, — дай я!
Мощные удары по голове сорвали дыхательную маску и расквасили лицо, полностью смазав черты лица до неузнаваемости. Последнему выжившему внешнику предстояло ответить за всех убитых в этом бою. Пленному насильно раскрыли окровавленный рот и залили в горло живец.
— Добро пожаловать в Стикс, мразь! — рыкнул Рамм, с дикой ненавистью сделав акцент на последнем слове, и харкнул ему в лицо, — обращаться в тварь будешь столько, сколько я захочу. А чтобы я решал быстрее, ты расскажешь всё. Цель вылазки?
— Я мало что знаю, — прошепелявил человек, сплёвывая кровь, — в сопровождение поставили…
Удар под ребра прервал солдата на полуслове и согнул его пополам.
— У тебя есть выбор, — ровным голосом продолжил командир, — первый вариант: продолжаешь играть в партизана, мы накачиваем тебя споровым раствором, чтобы не отключился раньше времени, привязываем тросом за ногу и тащим машиной на буксире по полю, а сзади пускаем бегуна. Или другую зверушку на выбор, тут полудохлых хватает. Сначала ты будешь молить прибавить скорость. Но когда сотрётся твой зад до костей, будешь рад и зубам тварей. Второй вариант — все рассказываешь и получаешь пулю в голову.
— Может ему колени прострелить? — Рат достал пистолет и передёрнул затвор.
— Мы ехали за группой, — испуганно затараторил внешник, вытаращив глаза и выставив перед собой руки, — инфа у них сверхсекретная. Что за данные, даже наш командир не знал.
— Что за группа? Тоже внешние?
— Да, наши.
— Поршень, что скажешь?
— Правду говорит.
— Ладно, давай дальше. Как их собирались найти? Это определённое место?
Боец замялся, но последовавший удар по печени заставил его сбивчиво продолжить.
— Приборчик в машине лежит, дисплей на рукоятке, это радар.
— Вот этот? — Рат выглянул из тигра и показал устройство, внешне схожее с молотом, но с экраном вместо ударной части.
— Да, — просипел внешник, — там обычный сенсорный экран, управляться легко, как навигатором. Путь проложен до цели и обратно.
— Броневик навстречу ехал. Это ваш?
— Не, не наш, думали, что нас окружили.
— Или местные или внешние с другого мира. Поршень, твоё слово, — вопрошающе уставился командир на водителя.
— Не брешет. Рассказал всё, что знал.
— Повезло тебе, сука, — сквозь зубы проговорил Рамм, достал пистолет, прострелил внешнику голову и тихо добавил, — Стронги своё слово держат.
— Рамм, что делать будем? — Рат с интересом рассматривал приборчик.
— Очень хочу узнать, ради чего наши голову сложили, — с горечью в голосе произнёс главный.
Глава 20. Отмычка
Группа прошла около километра по трубе, но впереди не было ни намека на выход.
— Зря мы, наверное, сюда поперлись, — с досадой в голосе проговорила Сова, нарушив тишину.
— А может и нет, — отозвался с головы колонны Горыныч, — тут несколько следов в туннеле. Не коллектор, а проходной двор какой-то.
— Так может это тот пустыш бродил туда-сюда в поисках еды? — скептично добавила Игла, — а если впереди тупик?
— Точно не тупик, — отозвался Тач, — сквознячок слабенький в ту сторону идёт, а значит есть выход.
— Стоп! — Горыныч резко остановился, развернулся к группе и состроил обеспокоенную гримасу, — чуйка нехорошая — близится перезагрузка! Назад не успеем. Бегом вперёд!
Опасность была настолько очевидной, что никто не стал спорить. Группа быстро рванула вперёд. Гнетущее чувство опасности черной тенью накатывало, и от этой близости сосало где-то под ложечкой. У иммунных, проживших в Улье значительное время, наступление момента перезагрузки кластера вызывает необъяснимое беспокойство. Вот и сейчас члены команды стали поочередно принимать неприятную порцию чувства тревоги.
— Кисляк сзади пошёл! — вдруг испуганно выкрикнул Кат, замыкающий колонну.
— Я уже не могу бежать, — переводя дух и сглатывая слюну, жалобно пролепетала Сова.
В ответ Тач схватил девушку за руку и потащил ее за собой.
— Я что-то вижу в метров двухстах впереди! Свечение красноватое. Поднажмите! — скомандовал знахарь.
Сопение, тяжёлые вздохи и топот ног участились, гулким эхом отдаваясь в трубе. Сзади группу мало-помалу настигала белая дымка тумана, застилая низ трубы, скрыв ноги беглецов по колено в молочной реке. К всеобщему удивлению конец пути не оказался выходом на поверхность в виде провала грунта или ревизионной камеры. Возгласы удивления заполонили маленький коридорчик, куда группа перебралась через большую насыпь земли. Пространство освещалось красным светом одинокого фонаря на стене. Но больше всего поразила большая приоткрытая гермодверь, ведущая в темную неизвестность.
— Спокойно! — шикнул знахарь и продолжил вполголоса, — здесь граница кластера, вырвались, похоже. Неизвестно, что может быть там за дверью, а мы, считай, с голыми руками, но туннель сейчас перегрузится и можно будет вернуться. Тач, глянь, есть там кто?