Как поговаривают местные старожилы: "Когда замирает Стикс, ангелы-хранители крестятся".
Только на утро Улей решил внести коррективы в призрачное спокойствие и оставить всех без завтрака — резко потянуло кисляком и караульные устроили экстренную побудку. Загудели двигатели и стоянка пришла в судорожное движение — люди собирали забытые вещи с поляны, котелки и костровое. Захлопнулись, поднялись и задвинулись двери.
Броневик остановился напротив тайфуна, на крыше которого валялся Рамм и лениво покуривал сигарету, внимательно разглядывая соседей.
— Всё нормально?
— Бывай! Но помни, знахарь, ниточка есть над каждым.
— О чём это он? — спросила Игла, когда Горыныч влез обратно в салон.
— Стронги знают про Фикса. И скорее всего об объекте тоже. Они на днях группу внешников разбили, которые ехали за нашим новичком.
— То-то у меня с вечера холодок по спине бегает, — подтвердил Фикс.
— Я их периодически сканировал, настроение у них было так себе, особенно у того, главного.
— Рамм, который? Ну и имя, придумал же крёстный, отвратительный тип, — Сова поморщилась.
— Да, тоже сенс, как и я, но сильнее на пару порядков. Дар у него почти всегда активен. Это ж сколько его лет раскачивать нужно? А Фикса он сразу раскусил.
— Новичка даже я при первом взгляде отличу от человека, который хотя бы неделю в Улье продержался, — зевнула Сова.
— Так вот чей дрон за нами следил! А я и думаю, как они нас нашли! — возмутилась Игла. — И что? Они от нас отстали после того, как ты им помог?
— Не знаю, — знахарь приложился к бутылке воды, сделал несколько жадных глотков и шумно выдохнул, — вчера была просто сделка. Сегодня она вряд ли действует.
***
Тяжёлые металлические ворота, отражаясь в глянцевых чёрных шлемах, отъезжали в стороны. Большие пальцы рук, затянутых в перчатки, нетерпеливо поигрывали рычажками управления дросселей газа. Мощные квадроциклы с наездниками, закованными в экзоскелеты, один за другим выскакивали за пределы военной базы и, выстраиваясь в колонну, уверенно набирали скорость по пыльной дороге Улья.
Глава 25
Часть 1. Управленцы.
Холодно и сыро. Ноги озябли, Ника в полусне подтянула их к себе и открыла глаза. В полумраке послышался мерный бубнежь:
— …Быть сильным… Надо быть сильным, — тихонько приговаривал темный силуэт человека, сидящего в позе лотоса на соседней кровати и покачивающегося взад и вперёд.
— Где я? — хрипло спросила Ника и прокашлялась.
Мычание прекратилось. Тень тряхнула головой.
— Ты очнулась! — повар с сияющей улыбкой придвинул к изголовью кровати гранённый стакан с заплывшей свечой. — Не бойся, мы в безопасности.
Ника огляделась: помещение площадью не более десяти метров с низким сводчатым потолком, стены из красного кирпича с белёсым налётом, пара массивных деревянных кроватей, небольшой столик-тумба между ними, стеллаж с коробками и бутылями разного размера на выходе. Двери нет, через проём виднеется коридор в обе стороны. Она лежит на кровати под колким вербльюжьим одеялом. Быстро ощупала себя — одежда на месте, только обувь снята. Пистолет на столе. Вспохватилась и просунула руку в узкий карман джинс! Ложная тревога — пакетик на месте, пальцами перебрала трофеи с сома-элитника и облегчённо вздохнула. Значит попутчика можно не опасаться.
— Дай живца, голова раскалывается.
— Держи, — парень услужливо протянул пластиковую литровку с мутной жидкостью, — я ещё еды нам припас. Здесь консервы, там вода, сухари. Мы сможем долго продержаться.
Эти "мы" и "нам" стали напрягать, но она сдержалась, приняла бутылку и присосалась к горлышку. Но тут же поперхнулась и закашлялась, часть напитка фонтаном выплеснулась наружу. Благодетель тут же принялся осторожно похлопывать по спине, ничуть не помогая, а только раздражая своими несмелыми действиями.
— Что за бурда? — сдавленно выдала Ника, зажмурилась и выдохнула, сдерживая отрыжку.
— Живец на самогоне. Первак, — моргнул повар.
— А на коньяке, бальзаме или, на крайний случай, водке нельзя было навести?
— Ближайший магазин в сотне километров, товар прямиком в бар отгружается. Покупать дорого. Вот и гоним. Зато больше споранов в нём можно развести: с одного глотка на ноги поднимает. Натуральный продукт!
— Пойло это, а не продукт, — фыркнула девушка, — но мозги на место ставит, согласна.
— Всё из-за соседей — подворовывают с кластера.
— Которые с туннеля?
— Ага, они самые. А ты откуда знаешь?
— Мимо проходила, — буркнула Ника и со страдальческим выражением лица скинула с себя одеяло, — что за место? Мы в стабе?
— Да. Под всем городом расположена сеть туннелей. Мало кто знает об этих катакомбах, крёстный мне по секрету рассказал. Один из входов он случайно нашёл у себя дома в подполе. Долгое время туннели были затоплены.
— Площадь! — Ника прикрыла рот ладонью и округлила глаза, вспомнив ужасное зрелище. — Что там произошло?
— Всех слабых и недостойных принесли в жертву богу Стикса. Они не могут дальше идти с нами. Надо быть сильным!
— Что? — вскипела Ника, вскочив с кровати. — У вас у всех чердаки поехали? Дебилы!
— Я… я не участвовал, — испуганно пробормотал парень, — я повар. Нас и оставили только из-за профессии, боевого дара нет. Это Дети Стикса. А жертва нужна, чтобы открылись врата для прохода на Север. Всё произойдёт сегодня — цепочка кластеров пойдёт на ступенчатую перезагрузку.
— Поверили этим фанатикам?! Очнись! Они не могут управлять кластерами! Нет бога здесь, — девушка пощёлкала пальцами перед глазами парня. — Те двое, девушка и мужчина, в черных капюшонах, это Дети Стикса?
— Да.
— У них мои люди, из точно в жертву не принесут, отведёшь меня к главным, — Ника повесила кобуру на пояс, — Хочу поговорить.
— Но все уехали ещё до рассвета, в стабе никого нет.
— Откуда знаешь?
— Назначен был выезд на пять утра. Я очень хотел отправиться вместе со всеми, но выбрал тебя, — парень глянул заискивающим взглядом, — нам лучше остаться здесь, будешь главой Стрелецкого!
— Мы едем за ними! — отчеканила девушка, плюхнулась на кровать и принялась натягивать кроссовки.
Парень тотчас засуетился: достал откуда-то рюкзак и стал скидывать в него еду, бутылки с питьём, живец, одежду.
— Я готов, — повар накинул рюкзак на одно плечо и расплылся в улыбке.
— Где твоё оружие?
— Не положено, я из обслуги. Нож кухонный вот. Пойдёт?
— Не Стрелецкий, а одно название! Бери на всякий, — Ника разочарованно вздохнула, — а транспорт есть?
— Пару велосипедов найду, у соседей видел.
— Класс! — пальцы резко затянули шнурки. — Сколько до этих кластеров телепаться?
— Километров двадцать, не меньше.
— Угораздило вляпаться! — всплеснула руками девушка и направилась к выходу.
Глаза резануло ярким светом: прикрыла глаза ладонью и шагнула на мертвецки тихую улицу. Ветер гонял по брусчатке пакеты и прочий лёгкий мусор, заставлял иногда поскрипывать настежь распахнутые двери и ветхие ставни соседних домов. Пустой стаб — что может быть для иммунного страшнее и желаннее? Интересно, через какое время здесь снова начнётся жизнь? Или этот городишко местные аборигены признают проклятым и будут обходить десятой дорогой? Иначе как объяснить произошедшие здесь странные события, когда в один прекрасный день его покинули все жители и оставили за спиной горы трупов своих друзей, жён и детей? Скорее всего стаб в скором времени займут те беспринципные дикари — ближайшие соседи из железнодорожного туннеля. Нике тут же захотелось сжечь всё до тла, чтобы это добро никому не досталось — хватило бы одной спички для такой плотной застройки. Но в памяти всплыли детские распашонки и женские вещи, сохнущие на веревках у поезда. Рядом с ублюдками, бандитами и тиранами вынуждены выживать невиновные люди. Улей дал им вторую жизнь, но хотели ли они попасть сюда? Выбор не представился. Не было ли лучше в один раз погибнуть от волны монстров, обратиться в тварь, исчезнуть на разделочном столе внешников или сгинуть в перезагрузке кластера, чем мучаться долгие проклятые годы? А ведь можно здесь и сейчас предопределить будущее её врагов и их жертв…