— Обойдусь, — фыркнул я.
— Зря вы так легкомысленно к этому относитесь. Унрольды — очень состоятельная и влиятельная семья. По крайней мере, так было раньше. Само название рольдов пошло именно от них. Но после того, как их сто лет назад сместили с позиции Старшего дома, они так и не сумели вернуть свое прежнее положение.
— Лузеры, все ясно.
— Господин Элард, я вас попрошу не употреблять подобных выражений во время деловой встречи.
— Я буду паинькой, — пообещал ей.
В гостиной сидело три полных мужичка с дорогих костюмах, какая-то молодая рыжеволосая девица в массивной широкополой шляпе и светловолосый юноша в белоснежном костюме.
— Господин Элард, хочу представить вам нынешнего главу дома — Харрис Унрольд, — она представила мне одного из троицы представительных мужчин. Глава дома выглядел… обычно. Обычный мужчина за пятьдесят с аккуратно постриженной седой бородой.
Затем мне представили остальных, но их имена и должности я не запоминал. Все они были частью дома Унрольд, а уж кто кому и в какой иерархии лижет задницы, меня не сильно интересует. Ну, кроме рыжеволосой барышни, одетой в платье с корсетом, из которого так и норовила вывалится пышная грудь. И «пышная» — это ещё мягко сказано, по чисто субъективной оценке размер пятый, а то и больше.
Девушка, впрочем, стояла чуть в сторонке и упорно делала вид, что она мебель. Просто украшение интерьера, и её спутники в этом поддерживали, не обращая никакого внимания на рыжеволосую красотку.
— Очень рад, что приняли нас, госпожа Сорас, — начал вежливо Харрис Унрольд. — Приятно видеть гостеприимство несмотря на то, что мы были противниками в прошлом бою.
Талия с этим господином обменивались любезностями, а я пялился на сиськи. Пышногрудая дева давно заметила, куда именно обращен мой взор, и словно специально встала так, чтобы мне открывался максимально прекрасный вид. Если её взяли с собой лишь для того, чтобы отвлечь мое внимание, то у них это прекрасно получалось.
— Так что скажете? Думаю, это честная сделка, — улыбнулся глава дома Унрольд.
— Не интересует, — тут же ответил я.
Со стороны могло казаться, что я был полностью во власти прелестей рыжей девы, но хрен там плавал. Я слушал более чем внимательно. Если отбросить лесть и витиеватые фразочки, было ясно, что они хотели вернуть Роксану себе. Зачем? А вот причинами своего поступка они делиться не спешили, зато предлагали целых пятнадцать тысяч рольдов в качестве компенсации.
— Не спешите отказываться, Защитник, — мои слова нисколько не смутили Унрольда. — Вы, как я мог заметить, очарованы нашей дорогой Линдой. Она весьма могущественный маг и составит вам отличную партию. Вы и ваш оруженосец делаете акцент на ближнем бое, и боевой маг — отличный выбор. Это, разумеется, придаток к уже предложенной сумме.
— Я позабочусь о господине Защитнике, — томным, очень сексуальным голоском сказала Линда. — Во время состязания…. И не только…
И подмигнула мне, чтоб не оставалось никакой двусмысленности. Сидящая рядом Талия смутилась, а вот я одобрительно усмехнулся.
Променять своенравную кошку, из которой вряд ли получится сделать нормальную лучницу, на сексапильную колдунью и при этом ещё получить целую кучу денег?
«Заверните, я беру!» — сказал бы я, будь я прыщавым подростком, у которого член встает колом лишь от одного лишь вида подобной красотки. Пятнадцать тысяч рольдов вместе с сексапильной грудастой колдуньей — уж слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Меня наеб***ют!
Вне всякого сомнения! Вопрос лишь, в чем именно. Либо Роксана не так проста, как кажется, и я сильно недооцениваю её способности, либо ко мне пытаются внедрить своего «агента». Кто-то скажет, что это паранойя, а я скажу — здоровая подозрительность.
Как бы не прокручивал в голове ситуацию, у меня не находилось ни одного правдоподобного объяснения такой щедрости. Как только Состязания заканчиваются, Оруженосцы становятся бесполезны. Они лишаются большей части полученных из-за Системы возможностей.
— Ваше предложение весьма щедро, — начал я, стараясь подбирать слова. Все-таки Талия права, порой стоит быть вежливым, даже если хочется отправить собеседника в дальнее пешее. — Но гроши ваши не трогают мой дух, а блудница ваша не способна всколыхнуть мои чресла.
— Простите, что? — он непонимающе захлопал глазами.
— Ох… Как же сложно быть вежливым…. В задницу идите и шлюху свою с собой прихватите! Если думаете, что парой сисек и звонкой монетой можете меня соблазнить, то глубоко заблуждаетесь.