А второй полицай сказал:
— И ты их вот так запросто раз — и отпустишь?
Хьюстон, у нас ситуация
— Прям реально? — спросил полицай, проявляясь не в дверях даже, а из угла с кранами.
Как мы его не заметили? Разговором увлеклись и расслабились, болваны. Решили, что все улажено. А нельзя расслабляться до решения задачи. Нельзя становиться слабым. Сильный придет.
Вот уж не думал, что этот Жиров окажется сильным. Сильным врагом.
Машовец тоже, судя по всему, не думал. И теперь был возмущен даже больше, чем удивлен.
— Ты что здесь делаешь? — спросил он. — Я тебе где говорил быть?
— Да уж не здесь — сказал Жиров и странно повел рукой. — Побоялся тебя одного отпускать — а оказывается, не за тебя надо было бояться.
— Ствол-то убери, — очень спокойно предложил Машовец.
И только сейчас я заметил, что Жиров держит в руке пистолет. Черный, с коротким, как у игрушечного, стволом. Вроде «Макаров», мне его однажды Альфред-абый, сосед наш, показывал. Он в ПМГ служит. Служил.
— Хьюстон, у нас ситуация, — непонятно сказал Жиров, подходя к Машовцу, и поднял пистолет. — Ручками не дергай, плиз.
— Дурной совсем? — спросил Машовец, и Жиров быстро ударил его рукояткой пистолета по голове.
Я вздрогнул, Инна ойкнула, и Машовец только после этого с шипением втянул воздух, переступил с ноги на ногу и тронул себя за за голову. Крови я не заметил, но Машовцу явно было очень больно. Он сказал, осторожно ощупывая голову:
— Башку же проломишь, идиот.
— Как скажешь, — отозвался Жиров. — За пособничество этого мало еще, суд добавит. Руки не опускай.
Он сунулся левой рукой в распах куртки своего начальника, повозился там и вынул такой же пистолет. Свой убрал под мышку, вытащил из внутреннего кармана длинную то ли веревочку, то ли проволоку и сказал:
— Спиной ко мне, руки давай.
— Андрюх, не загоняй ситуацию совсем в тупик, — сказал Машовец. — Не вырулишь потом.
— Я-то вырулю, — начал Жиров.
Машовец ударил его по руке с пистолетом, тут же пнул в выставленную ногу и махнул кулаком в сторону головы — а Жиров выстрелил два раза подряд, оглушительно и раскатисто.
Оба упали.
Инна вскрикнула, я толкнул ее и пробормотал:
— Быстро в корабль.
А сам шагнул к упавшим — то ли помочь, то ли отвлечь от Инны, которая, молодец, молча и почти бесшумно вскарабкалась на нижний верстак. Переодеться не успела, да и фиг с ним.
Жиров, стоявший на четвереньках, направил на меня ствол и велел:
— Стоять. Мозги вышибу, гаденыш.
Я замер. Жиров с трудом встал, свободной рукой растирая голень, которую пнул Машовец, а ствол так и направляя на меня — вернее, в моем направлении. Срез ствола ходил вверх-вниз, но рассчитывать на то, что он не попадет с такого расстояния, было наивно. В меня не попадет — в Инну попадет. Или в корабль. Вот и узнаем, у кого пробивная мощь выше, у микропылинки на космической скорости или у девяти граммов свинца — или сколько там у «макарова».
— Из-за тебя все, — сказал Жиров.
Ствол застыл. Я тоже.
Инна громко дышала где-то над макушкой.
Машовец пошевелился и сказал:
— Отстань от... детей... Скорую мне... лучше.
Жиров, встав, подошел к нему и некоторое время разглядывал — а Машовец разглядывал его, будто в первый раз.
— Баран ты, Ваня, — сказал Жиров. — Договорились бы ладом, с детишками тихо решили, и детей, и внуков обеспечили бы. В жопе мира сидим, единственный шанс выпал — а ты выпустить хотел, терпила. Это же такой ресурс — межзвездный корабль с экипажем, любой Илон Маск миллиард отвалит.
— Дурак… Как… Ты… С Маском… — пробормотал Машовец.
В горле у него клокотало, светлая куртка на правом плече и боку потемнела.
— Да уж найду как, — заверил его Жиров. — Не с ним, так с китайцами. Они тут теперь постоянно лазить будут, поди, договоримся.
— Крыса… Я ж… тебя… как родного...
— Так и я к тебе так же. Вань, твоих я поддержу, ты не бойся. Слово. Сильно болит?
Машовец закрыл глаза, вдыхая со всхлипами. Жиров пожал плечами и сказал:
— Я правда не хотел так. Ты прости. Полежи, сейчас пройдет.
Он повернулся ко мне и спросил:
— Слышь, Ленчик, тебе правда полтинник доходит?
— Сам ты Ленчик, — сказал я презрительно. — Предатель вонючий.
Жиров быстро подошел ко мне и дал в морду — не стволом, к счастью, но очень веско. Я еле удержался на ногах.
— Что творишь, гад! — крикнула Инна и собралась прыгнуть на Жирова с двухметровой уже высоты.
— Залазь! — заорал я.
А Жиров вскинул пистолет и предложил: