Выбрать главу

Такая схема имеет ряд преимуществ. Во время дождя, когда вода с крыши дома льется в бочку под водостоком и наполняет ее, уровень воды в бочке повышается. При этом вода по шлангу самотеком поступает из этой бочки в бочку в месте полива. Таким образом ценная влага не переливается через край «подкрышной» бочки, а набирается в двойном объеме обеих бочек.

При поливке огорода, когда вода из бочки, установленной в месте полива, разбирается, уровень ее в этой бочке снижается, поэтому по шлангу вода самотеком будет поступать в нее из бочки под водостоком. При этом нет нужды таскать воду ведром.

Как видно, простая схема использования воды для поливки огорода обеспечивает ряд удобств, облегчает труд и даже позволяет экономить электроэнергию на привод насоса. Да еще и сама схема все это осуществляет без участия человека.

Для ее выполнения требуется обычный шланг соответствующей длины и диаметром около 20 мм. Для подсоединения его к бочкам предназначен штуцер.

Его вставляют в подготовленное отверстие в бочке. Уплотняют, затянув гайками прокладки или подмотки. От дна бочки он устанавливается на высоте 100–150 мм, чтобы в него и в шланг не попадала грязь со дна.

Защита рассады от мороза. При климате средней полосы России типичный вид огородов в мае-июне — пленки над грядками с помидорами, огурцами и другими культурами. А при возможных заморозках огородникам приходится укрывать на ночь и небольшие ростки тыквы, кабачков, помидоров, растущих на грядках без пленок. В ход идет все: банки, ведра.

Удобно для этой цели использовать картонные коробки из-под бытовой техники. Ножом коробку нужно разрезать так, чтобы ее высота соответствовала высоте защищаемых растений. Преимуществ коробки в том, что ею можно прикрыть не одно, а сразу несколько растений.

Возможен и другой вариант защиты овощей от мороза: надо разрезать ножом по середине пластмассовые бутылки из-под воды или пива. Каждой половинкой бутылки можно прикрыть росток тыквы, кабачка и других культур. Соотношение их размеров вполне позволяет это.

Достоинств такой защиты от мороза несколько: половинки пластмассовой бутылки прозрачные, значит, раннее солнце уже начнет греть укрытый росток; материал пластмассовых бутылок устойчив к погодным влияниям, поэтому, раз заготовленные, они могут служить многие годы, став своеобразным огородным инвентарем; их легко заготовить — пустые пластмассовые бутылки найти несложно; разрезать их на две половинки ножом тоже труда не составляет.

ПОЭЗИЯ СОЗИДАНИЯ

Александр Люкин

(1919–1968)

* * *

Грубые руки, в трещинах руки, С сетью припухших вен. Делают руки красивые штуки, Вещи, которым нет цен. Делают руки красивые штуки, Видно, настоль их любя, Что до конца среди боли и муки Позабывают себя.

* * *

Как понять, что ощущают корни, Если срезали могучий дуб? Как понять того, кто вечно кормит, Если тот, кто ест — давно уж труп.

Нескладное положение

Бывает в жизни такая нескладность, Что даже в крови горение — Одного заставляла работать жадность, Другого — души веление. И оба они на доске почета, Оба удостоились чести. Портрету второго поди неохота Висеть с первым вместе.

Сам

Мне отец не покупал игрушек, Он на ветер денег не бросал. Он, бывало, надерет мне уши И сердито скажет: — Делай сам. Это «сам» я и запомнил свято, Как житейской мудрости закон. Позже с нашей улицы ребята Поняли, что в этом я силен. Сам я змея из бумаги клеил, Лапти плел, Пастуший кнут свивал. Если попадало мне по шее, Сам любому сдачи я давал. Сам уехал в город (от отца я). Жил трудом, Не верил чудесам. И когда нужда брала за ворот, С ней я расплавлялся Тоже сам. Даже в горевых Словесных муках, Где строка Рождается не вдруг, Служит мне Отцовская наука — Хлеб и соль Других земных наук.

* * *

Ах, техника, чудо двадцатого века, Железные птицы и в небе, и в реках. Живи в США — хоть и даль расстояний, Крутни рукоятку — Москва на экране. Могуч человек — только слово он скажет, С Урала его слышит Индия даже. Водой не плыви и по суше не топай, Нажми только кнопку — и нету Европы, Какие закаты, какие рассветы? Приказ — и в мгновение Азии нету. Ах техника, чудо двадцатого века, Лишь росчерк пера — и нет человека. И нет величавой зеленой планеты, И поздно кричать: сумасшедших к ответу!