Вернувшийся князь подбросил в затухающий костёр дров, открыл ларь с шведским окороком, сладил рожны с окороком вокруг костра, и пока те грелись, успел прочитать три раза Отче. Василий увидя такое утреннее рвение князя сам себя отпустил с поста и, считая, что всё плохое уже позади, разбудил Арсения, сказав,
– Вставай отче, на службу пора,– сам лёг на его нагретое за ночь место спать.
Отрок проснулся вслед за князем, и смущенно улыбнувшись Арсению, тоже побежал в лопухи, и мыться. Вернулся он скоро, весёлый и бодрый. Увидев, как князь разогревает ветчину, отрок вытащил хлеб и положил его к костру, прогреется. От вкусного запаха проснулся Алексей и сел к костру, потом он взял шмат окорока и хлеба и ни от кого не получая приказаний, пошёл проверять посты. После молитвы и завтрака князь первым делом отправил охотников на поиски шведского флота, потом приказал копать могилы для павших в битве, умерших от ран. Арсению велел готовиться к отпеванию. Князь решил мертвых в Новгород не везти. Он боялся морового поветрия, которое почти всегда терзало город, когда войско привозили павших воинов.
Ближе к вечеру, после отпевания, князь, созвав: Мишу Прушанина, Сбыслава Якуновича, Гаврилу Олексича, выслушал краткие сообщения о состоянии дружины, немного подумав, сказал,
– Если шведа завтра не найдём то послезавтра идём домой. Добычу разделим поровну, так нести легче. Чтобы обид и драк не было, пусть каждый своё клеймо на свою долю поставит. Вы тысяцкие проследите, что бы всё честно было, и сиротскую, и вдовью доли товарищи погибших себе не умыкнули. Кучковича не искать, доли ему не выделять, он и так много взял. Всё!!! Свободны. Дружине роздых,– отчеканил князь.
Приняв судьбоносное решение, о возвращении рати домой, князь пошел рыбу ловить на удочку, в тайне от Васьки, которому страшно завидовал, как один рыбак другому. Очень князю хотелось поймать на удочку рыбину в шесть фунтов весом, а потом, похваляясь утереть нос Василию. Отрок увязался за ним, князь не возражал, вдвоём рыбачить интереснее тем более, что удочек было три, одну из которых Александр отдал отроку. Отрок понимающе улыбнулся и весело пошёл за князем, насвистывая какую-то песенку.
Друзья собрались вместе только после отпевания. Уставший Арсений пришёл отобедать, после выполнения скорбных обязанностей. Чин отпевания долог. Васька отоспался, сидел у костра и просто хотел есть. Леша, проверив посты, а именно обойдя лагерь, раз шесть по периметру в самую жару очень хотел пить. В общем, все собрались возле княжьего шалаша и шведских коробов с припасами. Князя ждать не стали, не известно, где его носит. Отрока тоже ждать не стали, с князем ушел ну пусть с князем и столуется. Отведывая шведских окороков и солонину, они запивали их красным вином, которое принёс Алексей. Вино ему подарили люди Сбыслава Якуновича, за то что Лёша не выдал их князю за утренний сон на посту. Алексей сначала опробовал подношение, потом часа через два на обратном пути милостиво согласился не делать доклад князю. За что ему дали два кожаных ведра охлаждённого вина. Друзья, молча, сосредоточенно ели, шумно запивая окорок и солонину большими глотками красного. Арсений первый прервал молчание,
–Вечерю служить не буду понедельник сегодня.
–Ага,– поддержали друзья.
–Тут проблема есть, слышали приказ князя, всё разделить? – продолжал Арсений
–Ну,– протянули друзья, занятыми едой ртами
–Так, князь доли своей лишился! – доложил Арсений
–Где?– удивлённо переспросил Василий, которому странно было слышать, что Рюриковичи себя обделили.
–Так, ту часть своей доли, что у Кучковича, князь не востребовал и в результате без вина совсем остался. Причащать чем я его буду в Никольском соборе на праздник двунадесятый. Кислятиной рябиновой, она тоже красная, авось князь не разберёт. Да только мне стыдно будет!!!– быстро проговорил возмущённый Арсений.
– Ты к чему клонишь Сеня? – спросил Лёха.
–Я не клоню, я прямо говорю, надо княжескую долю у Кучковича взять и князю отдать,– сказал Арсений.
–Ты прав, но где тут княжья доля решить трудно,– вставил свое виденье проблемы Василий,– Князь имеет власть только в лагере, потому, что Гаврила Олексич, Сбыслав Якунович, Миша Прушанин, и Никита Захарьевич, сами добровольно согласились под его руку встать. В Новгороде князь правит согласно ряду, если ряд нарушит, то прогнан вон будет. А Кучкович на своём сидит его никто прогнать не может потому, что его это земля– земля рода Кобылы, и здесь на Неве, и на Москва реке, что рядом с Клязьмой течёт. А Рюрик пришлый сюда был. Поэтому у нас говорят, – «Неизвестно кто главней, Рюриково семя или Кобылино племя!» И значит это, что Кучкович своё взял, на своей земле, по праву земли.