— Я спрашиваю у тебя.
— Извиняюсь, но я не знаю.
— Как же так? — удивился штабс-капитан. — Тебе поручен дом, ты три года видишь господина Левовского и ничего о нем не можешь поведать? Голубчик, позволь тебе не поверить.
— Дарья Авдеевна со мною бесед не вела, а барину я только двери отворял.
— Часто приходилось отпирать Левовскому?
— Не так часто, но приходилось, в особенности когда Сергей Иванович были немного не в себе.
— В каком смысле «не в себе»?
— После излишнего возлияния.
— Понятно.
— Так где, ты говоришь, живет господин Левовский?
— Извиняюсь, не знаю.
— Возможно, не знаешь, но наверняка должен знать.
— Никак нет, не знаю.
— Тогда, голубчик, скажи, у Дарьи Авдеевны кто-нибудь по-мимо Сергея Ивановича бывал?
— Из господ никто, вот только ихняя тетушка Авдотья Архиповна иной час приезжала.
— Откуда?
— Из Коломяг.
— Авдотья Архиповна была знакома с господином Левовским?
— По поводу знакомства ничего не знаю, но бывали они в разное время.
— Про длинный язык я предупредил. — Штабс-капитан поднялся со стула.
В шестом часу, когда под окнами фонарщики зажгли лампы и начал кружиться, засыпая улицы, мелкий снег, в сыскном отделении появился Соловьев.
— Разрешите, Иван Дмитрия.
— Да-да, Иван Иваныч, проходите, — начальник сыска поднял голову от бумаг, — каковы результаты?
— Сегодняшний вояж… — начал Соловьев, но Путилин перебил:
— Присаживайтесь, находились, наверное, за день.
— Совершенно верно, пришлось немножко ноги размять, однако не зря.
— Слушаю.
— Не буду утомлять вас проведенным дознанием, но только в ресторации господина Давыдова удалось обнаружить конец ниточки. — Соловьев посмотрел на Путилина, употребив выражение начальника. — Два господина, офицер по имени Илья и человек с фотографической карточки, Сергей, ужинали там. К сожалению дальнейшие поиски ни к чему не привели. Куда они направились никто не видел. Но выяснилась одна странность: за господами следил молодой человек. Его заприметил только официант, остальные служащие ресторации попросту не обратили особого внимания мало ли кто приходит провести вечер в их заведение.
— Таким образом, у нас появляются новые действующие лица: неизвестные офицер и молодой человек.
— Да, официант сказал, что офицер был в форме восьмого уланского полка в чине ротмистра. Так что имя этого господина мы определим быстро. Я не думаю, чтобы ротмистров этого полка, находящихся в столице, было много.
— В поисках это, безусловно, поможет. Можно отправить депешу в полк, дня через два получим ответную. Время дорого, а если начнем разыскивать не вышедших на службу чиновников по имени Сергей, то ожидание депеши предпочтительнее, здесь время только потеряем. Однако, может быть, наш убиенный приехал в столицу по делам службы или поличным.
— Конечно, можно предположить, что и ротмистр, и чиновник приехали из города, где квартирует полк.
— Вполне возможно, но остается студент, который может оказаться вовсе не студентом.
— Как и чиновник, вовсе не чиновником, — умел Иван Иванович добавить перцу в приготовленное жаркое. — Я думаю, погадали, и будет, стоит подождать результатов, полученных Василием Михайловичем.
Штабс-капитан Орлов не заставил себя долго ждать. Не успели Иван Дмитриевич с господином Соловьевым пригубить горячий дымящийся чай, как раздался резкий стук. Дверь вслед за этим открылась, и на пороге застыл Василий Михайлович.
— Разрешите?
— Проходите.
— Благодарю. — Орлов присел на свободный у стола стул.
— Василий Михайлович, чем вы порадуете?
— Кое-какие результаты имеются. — Он открыл портфель и достал листок бумаги. — В первую очередь агентами проверены дома по Лиговскому каналу от Невского переулка до Владимирского моста. Как мы с вами и предполагали, этот человек шел в доходный дом господина Дылева к девице, навещать которую я пока не стал. Самого убитого господина с большой вероятностью зовут Сергей Иванович Левовский, — штабс-капитан пожевал ус. — Вот адрес госпожи Горобец, — он протянул бумагу. — К даме иногда приезжает из Коломяг тетя, Авдотья Архиповна.
— Отлично, — Иван Дмитриевич улыбнулся. — Теперь у нас есть основание для посещения квартиры господина Левовского, места его службы и в первую очередь возлюбленной убитого, ибо там можно узнать некоторые подробности его жизни.
— Раньше утра нам не узнать адреса Левовского, — произнес Соловьев, — сегодня адресный стол уже закрыт.