— Как сказать, — начал Лупус, но не смог продолжить.
— Вы говорите, как обстоит дело. Я — не судья, не присяжная поверенная, я — всего лишь женщина и смогу вас понять.
— Некоторые вещи не поддаются пониманию, — процедил сквозь зубы мужчина и тут же изменил тон: — Вы так и не ответили, Анна, готовы ли вы к поездке?
— Не знаю, — искренне ответила женщина. — Я же вам никто, а только лишняя обуза.
— Не говорите так, — вспылил Лупус. — Я вижу, что мы близки духовно и, наверное, в мыслях, поэтому этого достаточно.
— Если я вам надоем, как, допустим, старая игрушка, вы меня выставите за дверь?
Мужчина склонил голову к правому плечу и с интересом взирал на собеседницу.
— Что предлагаешь делать? — вопрос вначале повис в воздухе.
Кирпичников что-то обдумывал, сжимая губы.
— Поверишь, не знаю, но боюсь только нескольких вещей — спугнуть нашего капитана или дать возможность ему ускользнуть. Если он не придет к сестре? Или, того хуже, главарь окажется не Петровским и не капитаном, ушедшим с фронта в прошлом году. Тогда все мои рассуждения никому не нужны и я, Сергей, понимаешь, я, — он постучал ладонью по груди, — окажусь невольным пособником бандита, сделавшего состояние на крови и улизнувшего от наказания.
— У всех бывают промахи, не все можно предусмотреть. Кто мог предугадать, что сообщники начнут следить друг за другом и наймут для слежки бывшего филера? Да еще чтобы медвежатник оказался родственником перекупщика и оба не знали бы об этом? Винить здесь не за что. Все не предугадать.
— А надо бы.
— Что нам даст слежка за… — Громов заглянул в бумагу и покачал головой, — Ларисой Петровской?
— Ты думаешь, что если наш разыскиваемый ее брат, — уточнил Аркадий Аркадьевич, — то он не преминет попрощаться с родным человеком?
— Не уверен… Хотя, может быть, она уедет с ним.
— Я тоже не знаю, — проговорил начальник уголовного розыска.
— Ты допрашивал Прозрачного?
— Один раз, до смерти его племянницы.
— Может быть, он все-таки что-то знает о капитане? Надо запросить уголовный розыск, чтобы побеседовали с Кошелем.
— В нашем дознании это ничего не даст, тем более у нас нехватка времени. Слишком долго, да и узнанная фамилия главаря ничего не даст, только, видимо, убедимся, что его фамилия Петровский.
— Но Кошель может знать, через какую дыру на границе главарь собрался покинуть Россию.
— Ты прав, я телефонирую Карлу Петровичу и попрошу его содействия, — Кирпичников упомянул начальника уголовного розыска Москвы Маршалка. — Твои люди пусть глаз не спускают с квартиры госпожи Петровской. Ее брат, — Аркадий Аркадьевич решил для себя, что главарем банды все-таки был капитан Петровский, — может нагрянуть в любую минуту даже в отсутствие родного человека. И главное, сопровождать ее везде и в любое время, когда бы она ни вышла со службы или из дома.
— Разумно.
— А теперь распорядись, чтобы привели Прозрачного. Хочу с ним потолковать, знает ли он что-либо или остается театральным статистом?
Веня Прозрачный, шаркая ногами, вошел в кабинет и взглянул на начальника уголовного розыска исподлобья, но взгляд не выражал ни ненависти, ни раздражения. Только старческую усталость и оторванность от привычного уклада жизни.
— Здравствуй, Веня, — Кирпичников политесы отбросил в сторону и не именовал перекупщика по имени и отчеству.
Вошедший кивнул — видимо, пересохло в горле, поэтому не смог вымолвить ни слова.
— Ты догадываешься, зачем тебя вызвал?
— Уже передали. — Прозрачный обретал прежнюю уверенность, а Аркадий Аркадьевич понял, что Веня хоть и сидит в камере уголовного розыска, а не в тюрьме, но сведения с воли получает. — Так что, господин Кирпичников, давайте без экивоков.
— Стало быть, ты знаешь, что твою племянницу убил Лупус?
— Наслышан.
— Значит, ты знаешь, что ее мужем является небезызвестный Жоржик Чернявенький?
— Знал бы раньше, — усмехнулся Прозрачный.
— Знал бы карту, взял бы прикуп.
— Аркадий Аркадьевич, говорите прямо, что вы от меня хотите? Чтобы я вам на тарелочке преподнес этого самого Лупуса? Так я не знаю, где он скрывается в столице. Я, — Веня на секунду умолк, взглянув прищуренными глазами на начальника уголовного розыска, — своим людям поручил найти его, но они так и не преуспели. Так чем я могу помочь?
— Чем? — Кирпичников нахмурил лоб, потер его пальцами. — Всем, что ты знаешь.
Прозрачный дернул плечами, что, мол, ничего не знаю, ничего.
— Меня интересует даже самая маленькая мелочь или деталь. Кто тебе сообщил о приезде Лупуса со товарищи?