— Так я что, совсем без защиты останусь?
— Совсем не останешься, потому что ангелы всегда, даже малыми силами, отвергая себя, стараются обеспечить безопасное существование физической оболочки вверенного человека. Собачья должность.
— Да, попали вы… Чем-то с нашими роботами схожи.
— Схожи, но есть существенное отличие. Ангел ещё делит с человеком ответственность за состояние его души. Душа, чтоб ты знал, наподобие камертона настраивает весь организм, иначе говоря — верховодит телом. Следовательно, умножает или ослабляет усилия ангела.
— Погоди, так ты сейчас с моей душой разговариваешь?
— В том числе. Да не парься — с кем разговариваю, с чем. Разговариваю, стало быть, надо. Стало быть, положено.
— Кем положено?
— Богом. Он в тебя верит.
— Бог? В меня? Извини, ангел, за грубость, но, по-моему, ты пургу гонишь.
— Ангелы никогда не лгут. Как это… мазы нет. И это… мыза базар отвечаем. Тебя позвали. И ты пошёл.
— А кроме меня ещё кого-нибудь звали?
— Многих звали, да мало кого избрали.
— У меня сейчас мозг взорвётся.
— Да ладно, было бы чему взрываться. Хорошо, хорошо, не нервничай. Кстати, о крыльях…
— Думаешь, кстати?
— Думаешь, не думаешь, мне поручено — я исполняю, и хватит с дурацкими вопросами приставать. Так вот, Бог наделяет каждого человека бессмертной душой, кроме того, крещёный люд невидимо двумя крыльями. У таких людей правое крыло — непреходящая спасительная божественная любовь, левое — преходящая свободная человеческая воля. Вот если бы ты, положим, был крещён в младенчестве, дивным крохотулечкой, и были бы у тебя крылышки ангельские, беленькие, а впоследствии, лет эдак с семи, начал бы ты, положим, соотносить свою волю с господней, и душенька твоя вместе с крылышками крепла бы, разрасталась… Либо собственная воля взяла бы верх, и тогда получилось бы как сейчас.
— Угу. Ясно. А как сейчас?
— Да удод ты однокрылый! Хотя, честно признаться, кое в чём тебе повезло.
— Неужто? И в чём же?
— Второе крыло можешь вырастить, если постараешься. А вот у кого два крыла были изначально, а потом одно отпало по причине своеволия души — усыхало, усыхало, будто у раненой птицы, покуда до корешка не отвалилось, — тому вообще ловить нечего, полный абгемахт.
— Выходит, я не раненый удод, а… как бы получше выразиться… недоукомплектованный?
— Точно. Приятно иметь дело с догадливой протоплазмой.
— На себя посмотри, юморист. С твоими-то крыльями что?
— Ах, как я был хорош в начале времён! Юн, красив, крылат… Ангельские крылья сообразно с развитием души вверенного субъекта либо укрепляются, либо истончаются, а в особо тяжёлых случаях, как с нынешними сапиенсами, от непомерного усердия теряют перья. Раньше-то я успевал восстанавливаться, сейчас видишь — сплошные потери: с лица спал, оплешивел, голоса почти не осталось, слышишь, сиплю весь. Ах, какой у меня был голос! Ангельский… А волосы! Каштановые, густые, волнами ниспадали на плечи… Сейчас, ты прав, страшила. Кой прок, что мудрый…
— Сочувствую…
— Спасибо.
— Хм… Значит, говоришь, промысл обо мне Божий…
— Он самый. В условиях коллективного бессознательного всегда есть вероятность индивидуального спасения. Спокуха, без пены. Подожди, трубу возьму… Слушайте все! Высшей волей Илье Ивановичу Лотареву него ангелу-хранителю дарован шанс. Человеку — изменить свою предсмертную и посмертную участь, ангелу — оправдать. своё предназначение. Всё, вострубил. Теперь пойду посомневаюсь, что мы оба этот шанс используем.
— Подсудимыыый! — монолитную тишину зала раскурочил стон окислившейся батарейки. — Вы что, после этого ничего не сделали?
— А что надо было сделать, ваша честь? — я оробел.
— Врача вызвать! Вы что, не поняли? Ваш подопечный бредил! Человек заболел, а робот при этом бездействовал! Да за одно это вас надо аннигилировать!
— Ваша честь, — я подождал, пока судейские вопли приобретут в моей голове очертания внятных высказываний. — Ваша честь, робот не усмотрел в поведении спящего человека симптомов душевного заболевания. Умственного тоже. Если только вирус, но…
— Ааа! Все слышали? Вирус! Уж не сами ли вы заразили диск вирусом? Уж не об этом ли троянском коне шла речь? Суд отправляется на совещание до завтра с целью доскональной проверки базы данных подсудимого.
Хрясь! Головка молоточка отделилась от тельца, спрыгнула на пол и по сложной траектории покатилась к моей клетке. Тревожный знак.