— Здравствуй, избранник!
— Здорово, посланник. Я думал, ты меня покинул.
— Ни боже мой. Служба спасения спешит на помощь.
— Да чем ты мне поможешь…
— Как чем? Ценными указаниями. Делать или не делать — решение за тобой.
— Да что тут можно поделать…
— Исповедаться можно. Покаяться… Уразумел?
— Нет.
— Изъясняю для бестолковых. У тебя муки совести, вызванные терзаниями по поводу корректности собственного поведения в экстремальной ситуации.
— Чего?
— Того! Священнику о своих заморочках расскажи.
— Бэтмену тому?
— Ты, землянин, говори, да не заговаривайся. Ума с гулькин нос, религиозного опыта ноль, а фанаберии…
— О’кей, священнику. И что он?
— Он всё растолкует, я тебе не ликбез.
— Не кто?
— Не ликвидация безграмотности, темнота.
— По-твоему, я бездарь?
— По-моему, ты неуч. Внимай. Не будет покаяния — не начнёт расти второе крыло. Это при жизни. И после смерти, если нормально помрёшь, а не как, к примеру, Фил, — тоже кранты.
— Не, ничего не понял, я пас.
— Господи, за что мне всё это? Благодарю, Господи! Здравствуй, Феодорушка. Выручай, просвети неразумного.
— Вы кто?
— Повежливей, Илья. Это святая блаженная Феодора, которая в десятом веке новой эры оставила свидетельство, как она после смерти преодолела лестницу воздушных мытарств. Молчи! Просто слушай. Я сейчас прочитаю начало свидетельства, если ты ничего не поймёшь — всё, умываю руки. «Всякий христианин от святого крещения приемлет от Бога данного ему ангела-хранителя, который, невидимо храня человека, днём и ночью наставляет его на всякое благое дело во всё время жизни его до самого смертного часа и записывает все добрые дела его, чтобы в награду за них человек мог получить от Бога милость и вечное воздаяние в небесном царствии». Ну как?
— Жесть.
— За остальным в открытый доступ.
— Не, ангел, не уходи. Пожалуйста… Я по тебе соскучился!
— Да? Приятно слышать… Кхе… «Точно так же и князь тьмы, желающий привлечь человеческий род к своей погибели, приставляет к человеку одного из лукавых духов, который, постоянно следуя за человеком, следит за всеми злыми делами его, творимыми от юности, своими кознями соблазняет его на преступные деяния и записывает всё, что человек сотворил злое. Затем, отходя к мытарствам, сей лукавый дух вписывает каждый грех в соответственное ему мытарство, почему и осведомлены воздушные мытари обо всех грехах, творимых людьми».
— Ну и чего? Всё понятно. Ангел с одной стороны, бес с другой. А мытари — это типа сборщики налогов?
— Типа. Дальше такая фишка. Когда христианин умирает своей смертью, его душа через определённое время попадает на лестницу воздушных мытарств. На каждой ступеньке бесы-мытари показывают определённый грех. Если грехов больше, чем добрых дел, то бесы на время удерживают душу и заключают как бы в тюрьме. Там бедняжка томится, пока не воспримет искупление по молитвам церкви и ближних.
— Угу. Ясно. А когда кранты?
— Когда при жизни не исповедовался. Вот слушай: «Если человек искренне и с раскаянием исповедуется, то грехи такого человека, по милосердию Божию, невидимо изглаживаются. И когда душа его грядёт по мытарствам, воздушные истязатели, разогнув свои книги, не находят в них никаких рукописаний её грехов и не могут сделать ей никакого зла, так что душа та беспрепятственно и в веселии восходит к престолу благодати».
— Угу. Так, может, расскажете про грехи? Устроите неучу ликбез?
— Ох ты ж землянин… Смотри картинки в свидетельстве, я буду комментировать. Видишь, приводят Феодору два ангела на первую ступень, где бесы судят за грехи языка? Всякое бранное, скверное слово…
— Уже не при делах.
— Не перебивай, сказал… На второй ступени души истязаются за ложь, клятвопреступления, лжесвидетельства…
— Прости, а сколько всего ступенек?
— Двадцать.
— Ни ф… ничего себе!
— Третье мытарство — осуждения и клеветы. Там Феодора поняла, сколь тяжек грех оклеветать кого-либо, а также посмеяться над чужими пороками, забывая о своих. Четвёртое — чревоугодия, обжорства по-нынешнему; тут и пьянство, вон, бесы какие омерзительные. На пятой ступени лености истязаются лентяи, проводящие время в праздности и живущие чужим трудом, а также те, кто некачественно, небрежно работает. Шестое мытарство называется мытарством татьбы, на современном языке — кражи. Не устал?