Только я обернулась к шторке, как увидела за ней тень. Сердце пропустило удар. Мне померещилось? Лео никак не мог войти в ванную, ибо я, точно помню, закрыла ее на замок.
Рука резко дернула шторку в сторону. Я захлебнулась криком, прислонившись к стене и мигом обхватывая себя руками, чтобы прикрыть грудь. Мелкие капли бросились на новенькую темную майку, обтягивающую мускулистое тело. Медово-карие глаза, горящие каким-то странным блеском, жадно скользили по моим обнаженным формам, вгоняя меня в краску, вводя в ступор.
Прогнать его! Срочно! Слова застряли в горле, зато едва утихшее желание разгоралось так быстро, что я с каждой секундой все хуже соображала. Дышать становилось тяжело, низ живота сводило от сладкой истомы — невозможно спокойно реагировать на то, как он меня буквально съедал глазами. Нагло, властно, с сумасшедшей страстью.
Прежде чем я нашла бы в себе силы закричать или хотя бы приказать ему убраться, он шагнул ко мне под струи душа и задвинул за нами шторку. Я еще сильнее вжалась в стену, глядя, как быстро намокают его волосы и одежда. Но ему явно было все равно.
Пульс молотом застучал в голове, выводя меня из ступора. Несмотря на горячую воду, меня колотил озноб, с которым, впрочем, без проблем соседствовал разжигающийся внутри меня пожар.
— Убирайся прочь отсюда! — прошипела, чувствуя себя маленькой кошечкой, которая приказывает огромному тигру.
— Тшш… — Его палец прижался к моим губам, отчего я вновь потеряла дар речи. Мелкая вибрация подчинила губы, они слегка приоткрылись, и Лео с завороженным взглядом очертил их контур пальцем, едва прикасаясь.
На меня в жизни никто так не смотрел — будто я была самой желанной в мире. Это чертовски подкупало. Я не могла себя заставить вновь попытаться его прогнать, пусть и к моим губам больше не прикасался палец. Он скользнул по линии подбородка, нежно спустился по шее, задержался у ключицы и невыносимо медленно прошелся к самой груди, которую я по-прежнему прикрывала скрещенными руками.
В этом бережном, нерешительном движении вибрировало столько чувств и противоречий, что я ощущала их вспышками искр под кожей. Невидимая сила тянула меня вперед, но пробуждающийся страх сковывал и держал на месте. Он ведь обещал, что не прикоснется! Не верю, что он просто сейчас развернется и уйдет, не сделав ни одной попытки меня уломать!
Как бы чертовски красиво ни выглядело его тело под майкой, облепившей его второй кожей и больше не скрывающей рельефа мощной груди и четких очертаний пресса, я не собиралась таять от одного вида тугих, впечатляющих мускулов, которые омывали ручейки воды. Он такой же, как другие. Сейчас просто возьмет меня силой. И я ничего не смогу ему сделать.
Лучше не сопротивляться, если не хочу, чтобы меня избили. Я уже как-то пробовала бороться, мешать — ничем хорошим для меня это не закончилось. Лучше молча перетерпеть и при первой подвернувшейся возможности убегать сломя голову.
И больше никогда — никогда! — не связываться с мужчинами.
Лео наклонился ближе, и я невольно отвернула лицо. Меня стало колотить от страха. Лишь бы это скорее закончилось. Я прикрыла глаза, под которые сразу набрались слезы.
— Делай что хочешь… — пробормотала, чувствуя отвращение к собственной уязвимости. — Только, пожалуйста, быстро… — И опустила руки, сжимая их в кулаки. Сжала челюсти, тяжело дыша.
Лео обхватил мой подбородок и повернул лицом к себе.
— Посмотри на меня!
Только я распахнула глаза, в меня вперился колкий, испепеляющий взгляд, от которого все внутри застыло.
— Кто с тобой это сделал?
Его пальцы обжигали кожу подбородка. Как бы я ни ожидала, что его прикосновения будут неприятными, они возбуждали еще сильнее. Может, я даже удовольствие получу… Но я понятия не имела, о чем он спрашивал.
— Майя! Кто тебя запугал? Почему ты еще не влепила мне пощечину? Почему не треснула коленом между ног? Я же вижу, что тебя возмущает то, что я сюда вошел. Говори, в чем дело.
Я не узнавала его жесткий, грубый голос. Уверена, именно таким голосом следователи вытягивают показания у молчаливых подозреваемых. Я бы отрицательно покачала головой, намекая, что не скажу ему ни слова, но сильные пальцы слишком крепко держали мой подбородок, не давая шевельнуться. Пусть делает с моим телом все, что хочет. Вот только в душе лазить я не пущу.
Довольно долго Лео ждал ответа и в конце концов отпустил мой подбородок. Выключил воду и стащил с себя майку. Я вновь обхватила себя руками, не понимая, чего ждать дальше. Почему еще не набросился? Чтобы изнасиловать, обычно не раздеваются.