Мириады тонких игл прошили кожу, проникли в кровь, стремительно добрались до сердца и едва не разорвали его.
Я содрогнулась всем телом от пронзительной, жгучей боли. Глаза наконец-то распахнулись, и перед ними появилась серая подвальная комната — настоящая. Дыхание постепенно выровнялось, стучащее сломанным метрономом сердце успокоилось, отголоски боли сошли на нет.
Ну уж хватит. Спать больше пытаться не буду. Вкололи мне какую-то дрянь, и теперь наркоманские сны снятся. Глаз не сомкну, пока эта гадость не выведется из организма.
В принципе больше не спать оказалось не так уж и сложно. Не прошло и минуты, как за дверью поднялся шум. До меня доносились обрывки фраз: что-то не туда, куда надо улетело, и его искали. Кто-то с пеной у рта доказывал, что не спал. Похоже, кроме закрытой двери, меня б ждало еще одно препятствие: охрана за ней.
Неожиданно резко она распахнулась, и в комнату вошел грузный лысый мужчина в белом халате. За несколько широких шагов преодолел расстояние от порога до моего стула и, схватив безжалостно крепко за подбородок, поднял мое лицо к свету.
— Спала?!
Всполошенное сердце быстро погнало по венам кровь, но это не спасло от леденящего страха, который невероятно быстро поднялся по позвоночнику. Мужчина с такой яростью смотрел в мои глаза, будто я у него все деньги украла.
— Я спрашиваю, спала или нет?!
Цепкие пальцы так больно впивались в подбородок, что не потеряй я дар речи от перепуга, все равно не смогла бы ответить.
— Оставь ее, — послышался сбоку еще один незнакомый голос, спокойный и тягучий, словно патока. Мою голову с отвращением откинули. Я мельком заметила, что рядом стоит еще один мужчина в халате, а в комнату вбегают испуганные Разбойник и Грубиян.
Лысый в раздражении принялся мерить комнату шагами. Его коллега с тягучим голосом, которого про себя прозвала Кисель, совершенно спокойно сказал:
— Судя по вашим лицам эту девушку сейчас убить нельзя.
Убить? Сейчас? Я вскинула голову, дрожа от наплыва паники.
— Конечно, нельзя! — гаркнул Разбойник. — Это же приманка.
— Ладно. А когда можно будет?
— Когда можно будет?! — подлетел Лысый к остальным трем мужчинам и принялся широко жестикулировать. — Ее прямо сейчас убить надо! Мы над процедурой передачи уже не одну неделю бьемся! У нас почти получилось!
Грубиян открыл рот, презрительно посмотрев на Лысого:
— Типа у вас закончились пленные ресемиторы для опытов. Расслабься. Отыграет эта приманка и потом отдадим. Будешь делать с ней все, что хочешь.
— Да, закончились! — выпалил в ответ. — Нам она нужна сейчас, а не потом! Последний для опытов только что умер! И посмотрите, куда улетел его дар! — тыкнул в меня пальцем.
— Ну, значит, босс по головке не погладит. Сами виноваты. Убирайтесь. У вас свои дела, у нас свои.
Не верить своим глазам и ушам было невозможно. Вот же они, эти четверо мужчин, стояли рядом, спорили, ругались. Лысый чуть со своей шкуры не выпрыгивал, так хотел доказать Разбойнику и Грубияну, что меня нужно срочно убить из-за какого-то ДАРа. Хотелось заявить, что тут, между прочим, ничего не пролетало. Но что-то сомневаюсь, кто-то услышал бы мой тихий голосок. Да еще и язык прилип к небу, совершенно отказываясь шевелиться. Я уже и так была ни жива ни мертва от шока.
Мужчинам же было совершенно все равно, что этот разговор происходит у меня над головой. Будто я не человек, а подопытная крыса, не понимающая ни слова по-русски.
— Это мы виноваты?! Это вы ей не сказали, что в этом здании запрещено спать!
Грубиян сложил руки на груди. Возвышаясь над другими, он явно собирался до конца отстаивать свою точку зрения. И, как бы плохо я ни относилась к нему и Разбойнику, молилась за то, чтобы выиграли в споре именно они.
— Вы прекрасно знали, что мы сегодня привезем обычного человека. От босса не поступало распоряжения, что девочку нужно будет накачать адреналином, чтобы она ни в коем случае не уснула, пока не сдохнет!
Меня аж передернуло от последних слов Грубияна, на которых он повысил голос. Остальные мужчины даже не решались сразу возразить. Повисла звенящая, напряженная тишина. Я старалась унять дрожь в теле и хоть немного прийти в себя, чтобы понять, о чем толком они говорят, зачем меня убивать и, быть может, даже им возразить.
— Пошли к боссу. — Лысый махнул в сторону двери. — Разберемся, чье задание важнее.
Бросая на меня косые взгляды, мужчины покинули комнату. Выходит, они еще сомневаются в том, оставлять меня в живых или нет? И все почему? Потому что я уснула? Что за бред?! Меня ведь должны были оставлять живой точно до тех пор, пока не приедет Лео! Выходит, у тех мужчин в халатах дело может оказаться важнее, чем использование меня, как приманки?