Девушка опешила.
Может, это и не десерт вовсе, а часть магического шоу, к примеру?..
Но огонь моментально угас, и старейшина Эмер, сидевший напротив, разрешил ее сомнения, первым разломив верхнюю, еще дымящуюся дольку, а затем отправив ее в рот. Ел он с явным удовольствием, зажмурившись и покачивая головой. Вторым в угощение вгрызся Ассаэр. И на его лице тоже читалось одобрение.
Эльфийка чинно выбрала небольшой кусочек, изящно обмакнула его в какое-то варенье…
Инерис пожала плечами и тоже осторожно надкусила еще дымящийся ломтик.
Непередаваемые ощущения. Закашляться ей не позволила гордость, но запить это дивное блюдо пришлось. Как картошка с сахаром и легким фруктовым привкусом… и углем. Много угля. Который, на ее взгляд, не добавлял этому сомнительному деликатесу очарования.
Что ж, зато экзотично…
С пресловутым вареньем из кактусов действительно лучше пошло, хотя к нему теоретически полагались жареные в масле маленькие лепешки.
Демон был прав. Как жженый сахар, тягучее, сладкое… вкусное.
И всюду – огонь, огонь, огонь… Без него не обходились даже во время трапезы. У них демонов называли огненными с оттенком пренебрежения... Но теперь Инерис подумалось, что пустынники, пожалуй, сочли бы это комплиментом.
Звание огненной крови они явно носили не зря.
Затем было масштабное выступление огненных магов, поразившее ее до глубины души. Никогда бы не подумала, что можно, зачерпывая горстями огонь из горящих фитилей, превратить его в дикую пятнистую кошку, погладить ее по голове и заставить в высоком прыжке рассыпаться разноцветными искорками… не хуже любого фейерверка.
Словом, впечатление праздник оставил самое приятное.
А главное – Ассаэр перестал язвить. То ли кактусовая настойка сделала свое дело, то ли общая атмосфера расслабленности, но демон открыто улыбался, непринужденно шутил и вообще впервые за все время их знакомства был похож на абсолютно нормального че… эээ… нечеловека.
Инерис с непривычки проглотила не один ехидный комментарий. Но уж лучше сдержаться, чем испортить себе настроение.
А потом и впрямь начались танцы.
Да, с их народными мало общего, хотя притоптывания имелись и здесь. Но мелодии были скорее плавными, чем быстрыми, ритм часто менялся, в движениях женщин сквозила сдержанная, но неприкрытая чувственность, а мужские явно произошли от боевых приемов. Неподражаемое зрелище.
Было только немного грустно от того, что она не может потанцевать сама. Такие движения явно нужно осваивать не один месяц. А позориться не хотелось.
Вон, демон и так на нее зыркает каждый раз, стоит ей заерзать на каменном сидении… Но по крайней мере, раздражение ей на голову не выливает.
К их столу, смущаясь и краснея, подошли женщины и что-то сказали демону. Одна с сильнейшим акцентом добавила, просительно глядя на Инерис:
– Чужой танец?
Девушка не поняла сути вопроса, перевела взгляд на демона…
И тут Ассаэр ее удивил.
– Инуэль, сыграешь? – коротко спросил он, поднявшись на ноги.
Эльфийка ответила не сразу – сперва смерила его внимательным взглядом синих глаз, о чем-то размышляя, затем покосилась на человеческую девушку и наконец кивнула. Повернулась, что-то сказала одной из женщин – и через некоторое время ей принесли самую настоящую лютню.
Инерис даже глазам своим не поверила.
Но тут демон цапнул ее за запястье, вывел из-за стола и потащил в круг в центре. В смысле, в квадрат.
– Чужой танец! – загомонили вокруг на общем языке. – Чужой танец!
Инерис не понимала, чего они хотят, до тех пор, пока Инуэль, настроив лютню, не заиграла вступление к талеасу – изначально эльфийский медленный танец, который быстро снискал популярность благодаря несложным, но изящным движениям. Партнеры протягивали друг другу то одну руку, то другую, выписывая несложные кружащиеся па. Многое отводилось роли взглядов. В нужный момент встретиться, отпрянуть, продолжая кружить вокруг друг друга…
Стоп-стоп. С этим демоном? Танцевать?! Ей?!!
Эльфийка прервалась, принялась снова подкручивать колки.
Инерис попыталась скромненько сбежать, но демон так стиснул ей руку, не прекращая улыбаться, что вернуться на место не удалось. К тому же…
– Чужой танец! – продолжали скандировать. Больше всех старались женщины, но даже старейшины присоединились к уговорам.
Выбора не было.
О благодатная Фотия, смилуйся!
– Не только они интересны тебе, Иней, – шепнул Ассаэр. – Им тоже хочется посмотреть на обычаи чужих стран. А что может быть показательнее танца?