На сей раз, прежде чем завалиться в палатку, огненный соизволил постучать.
– Входи, – буркнула Инерис.
По лицу демона, занесшего внутрь горелку и аккуратно свернутую рубашку, тут же расползлась неудержимая усмешка.
– Да-а, леди-наследница… вид у вас сегодня… прямо скажем, цветущий.
И вот обидеться бы…
Но на фоне прочих пустынных приключений нынешнее отличалось безобидностью, да и низкий голос демона прозвучал так добродушно, что девушка неожиданно для самой себя рассмеялась.
Неловкость после этой фразы тоже испарилась, будто ее и не было.
– Твоими стараниями. Мог бы и предупредить о побочных эффектах... Но за комплимент спасибо! Скажи лучше, долго еще это цветение будет продолжаться?
– К утру поблекнет, – успокоил ее Ассаэр, укладываясь на свой лежак. – А потом мы дойдем до колодца и смоем пыльцу. В поселок прибудешь в почти приличном виде.
– Почти?
Ассаэр пожал плечами, устраиваясь поудобнее.
– Розовые пятна и легкий зуд побеспокоят еще дня три-четыре. Потом сойдут сами. У тебя вроде был какой-то крем?
Инерис кивнула, удивленная.
– Можешь им завтра воспользоваться, чтобы кожа не шелушилась.
– Я-то думала, ты преисполнен презрения к подобным женским штучкам, – вырвалось у нее.
Демон вздрогнул так, что даже девушка в темноте заметила.
– В общем-то, так и есть. Меня коробит от груды косметики, духов с сюрпризами и прочего, я уж молчу про твой арсенал... Но это не означает, что я из принципа против и полезных вещей.
– Духов с сюрпризами? Я смотрю, интересные у тебя бывали знакомства…
Ассаэр молча проклял свой длинный язык. Расслабился…
– Вот кто бы говорил, – колко отозвался он.
Инерис смутилась. Ну, что ж, он уже шутить на эту тему начал... Определенно прогресс!
– Давай спать, наследница.
Она вздохнула.
– Зови меня Эрис.
– Чего? – удивился Ассаэр.
– Ты велел подумать о другом имени. Я подумала. Зови меня Эрис.
– А откликаться будешь?
Молчание.
– Так в детстве меня порой называла мама.
Обволакивающая, густая тишина.
– Как скажешь, – ровно отозвался огненный.
Не стал комментировать, и за это девушка была ему очень признательна.
– Спокойной ночи, – прошептала она.
Ассаэр, не удержавшись, бросил новый взгляд на притихшую леди-наследницу и невольно усмехнулся.
Забавная она с этими пятнами…
Он вздохнул и закрыл глаза.
Имя, пожалуй, сгодится… только вот самому бы не проболтаться ненароком.
Похоже, сегодня они оба думали о прошлом.
***
Кэллиэна вынудила оторваться от ассистирования Тельсу в очередном лечебном марафоне непонятная суета. Насторожившись, он активировал вампирий слух, не уступавший звериному, и уловил обрывок разговора спешивших мимо двери к лестнице местных травниц.
Вот оно что... Вернулась группа Хартена, отправленная к озеру Леста.
Тельс, мельком увидевший задумчивую усмешку бледного, чуть осунувшегося мага (для которого шел третий день поста), содрогнулся.
Что ж, по такому поводу не грех выбраться в люди.
Закончив массаж и растирание, целитель и придворный маг направились вниз. Кэллиэн напоследок бдительно наложил на дверь запирающее заклятье.
Выглядел новоиспеченный капитан не очень – бледный, под глазами круги, словно его уже несколько ночей подряд донимает бессонница…
Кэллиэн испытал глубочайшее удовлетворение – совершенно искреннее, на грани жестокого. Хотя в данной ситуации, скорее, справедливого. Похоже, его амулет сделал свое дело... Жаль, что дражайший офицер его сегодня-завтра сдаст.
На сей раз из доклада не стали делать тайну – тем более что все прекрасно знали, с какой целью собирался поисковый отряд. Королева приняла их в главном зале, где в рекордные сроки собрались все неравнодушные, кто мог бросить ненадолго свои дела.
– Поиски леди-наследницы ничего не дали, ваше величество, – покаянно произнес Хартен. – Мы не нашли ни следов, ни тела. Ничего, что могло бы дать хоть какую-то надежду.
Взгляд опустил каждый, кто принимал участие в поисках. Им не в чем было себя упрекнуть, но…
Гнетущая тишина наполнилась скорбью – на сей раз безмолвной.
– О боги… – выдохнула королева и зажмурилась, словно пытаясь сдержать неуместные слезы. – В таком случае… Я вынуждена объявить неделю траура… Поверить не могу! Боги мои, Инерис… Но тогда… тогда…
Бледная, нервно теребящая белоснежный передник пожилая женщина кое-как пробралась вперед через толпу.
– Простите, миледи… Мои соболезнования и… простите еще раз, вы, верно, прикажете сообщить об этом леди Анджелис и князю Эйрену?
Королева вздрогнула.