Ассаэр помолчал немного, а потом, явно пересиливая себя, согласился:
– Как скажете.
Старик помолчал.
Какие все-таки полезные новости! Артефакт явно ей еще не раз пригодится. Кэллиэн вроде писал, что его хватит минут на пятнадцать… Если так, то половина этого времени уже позади. Эх, перечитать бы сейчас его записку с инструкциями! Но это было бы совсем глупо. Так и подмывало сказать: «Ну, чего вы молчите, скажите еще что-нибудь интересное!».
Инерис на миг замерла, грустно улыбнувшись. Она сама не заметила, как начала мыслить четко, ясно и по привычным лекалам, вновь превратившись в леди-наследницу...
– Эта чужачка… Она точно не понимает нас?
Инерис тут же навострила ушки. Ага, раз такой вопрос, то до сих пор они обсуждали цветочки, а дальше пойдут ягодки…
– Она совершенно не знает нашего языка, ни слова, на этот счет можете быть спокойны. – Инерис готова была поклясться, что на губах огненного мелькнула снисходительная усмешка! – Я так понимаю, этот вопрос задан неспроста. Что вы хотите узнать о ней, учитель?
Учитель? Ну ничего себе новости! Так этого двукровного типа воспитывал пустынник? Но разве пустынники не должны быть фанатичными приверженцами их традиций? Разве они не должны шарахаться от полукровок, как черные демоны от ладана?
А может, Ассаэр – вообще его внебрачный сын?!
Инерис потрясла головой. Нет, она сейчас тут напридумывает такое, чего в помине нет! Очевидно, у южан и пустынников просто разные традиции… Надо будет при случае спросить у Ассаэра.
Или у вождя.
– Кто она?
– Обычная человечка, ничего особенного, даже магии нет.
– Тогда зачем ты тащил ее из Нариме сюда через пустыню?
Инерис руку готова была дать на отсечение, что вождь недовольно нахмурился.
– На мне был долг жизни, учитель… и в уплату я поклялся защищать ее и оберегать все время, что она находится в наших землях. Дома ее пытались убить недруги, а мне пора было возвращаться на родину, – и демон пожал плечами.
Надо же, и впрямь не раскрыл ее подноготную…
В сердце против воли проклюнулась искорка тепла по отношению к этому невыносимому, невозможному во всех отношениях типу. Приятно знать, что хоть кому-то из тех, кто волей-неволей оказался рядом с ней, она действительно может верить.
– Долг жизни – понимаю и принимаю... Однако ты не просто взял ее с собой, ты привел ее сюда, в святая святых пустыни, к древнейшим остаткам Чистой жизни.
У Инерис упало сердце. Так она и знала. Конечно, они не обрадуются какой-то человечке!
– Она не осквернит их, учитель.
Тот хмыкнул.
– Это я понял и без тебя, бестолковый мальчишка, иначе не допустил бы ее в поселок. Она прошла через огненные врата, а значит, чиста…
Вот теперь Инерис возмутилась.
...Просто традиция гостеприимства, да, демон? Проверка на вшивость у нас теперь так называется?!
– Меня волнует другое, Ассаэр, – помедлив, признался пустынник. – Ты уверен, что не повторяешь сейчас прежней ошибки? – Медленно, словно подбирая слова очень и очень осторожно, демон спросил: – В нынешней ситуации это может оказаться еще более плачевным, чем раньше. Ты с ее помощью смог забыть… ту, другую?
Инерис так опешила, что даже остановилась, и на нее едва не налетел следующий за спиной «эскорт». Пришлось быстренько улыбнуться и прибавить шагу.
– Дело не в этом, да и я не из тех, кто дважды входит в заросли гештрир. Учитель… не нужно напоминать мне о моем позоре.
– Смотря в чем для тебя заключался позор – в том, что ты привязался к той, кого не должен был встретить, или в том, что она ушла от тебя, гордо и свободолюбиво, как женщина не должна уходить от мужчины.
– Учитель, я изменился, а о том времени и думать давно забыл. Мой братец постарался на славу, – неожиданная горечь в голосе. – Не говоря уже о том, что годы жизни на чужбине порой учат большему, чем иных десятилетия на родине.
– В этом ты прав. И многое ты постиг в этом добровольном изгнании? – он покачал головой.
– Об этом расскажу после. Главное – и я прошу вас предупредить всех – пока не го...
Перед глазами пронеслась синяя вспышка.
– Эрг хашш’дор дарг сста каро, – совершенно невразумительно закончил демон.
Ее время истекло.
Как же не вовремя-то! О чем предупредить всех?
Мысль о том, что подслушивать вообще-то нехорошо, Инерис так и не посетила.
Ну ничего себе "ягодки"!
Выходит, личный разговор у этих типов считается более секретным, чем беседа о политике?!
«Моим гостям тут будут рады»! Убить этого демона мало – ее чуть не посчитали за его подружку!