Не запнувшись ни на миг, лорд Лориэль произнес:
– Это честь для меня, милорд.
– Замечательно.
Князь вызвал лорда Рагора, приказал приготовить для лорда целителя комнаты ближе к целительской и, когда секретарь, поклонившись, вышел, спросил:
– Как продвигаются ваши исследования?
На лице эльфа наконец появилась яркая, благожелательная улыбка, и он принялся с неподдельным энтузиазмом рассказывать и об изученном заклинании, и о своем опыте в Анэке, не забыв уточнить у князя, действительно ли в Нариме больше не проводят эксперименты на пленных.
– Это распоряжение подписывал еще моим прадед, – усмехнулся князь. Я счел, что оно давно устарело и является не гуманным даже по отношению к врагам, поэтому лично аннулировал его лет семь назад.
Эльф снова улыбнулся – как будто с облегчением.
– Я не привык судить обычаи других, милорд… но ваши слова меня порадовали.
О придворном маге он больше не напомнил ни словом, и тревога князя на этот счет понемногу улеглась. Похоже, этому эльфу можно поверить. Хотя он не непременно поручит Эллису за ним еще немного последить. Может, даже приставит его в качестве сопровождающего…
Непринужденная беседа текла ровно и гладко, пока с докладом не пришел непривычно бледный лорд Энри.
Едва эльф, попрощавшись, вышел с лордом Рагором, советник, опустив взгляд, произнес:
– Милорд… ни одно из заклинаний не сработало. Я испробовал все. Даже те, которые рассчитаны на применение волоса или ногтя – горничные миледи, обыскав ее комнату, предоставили эти компоненты. Все тщетно.
Остановившийся на миг взгляд князя в этот момент был воистину страшен.
Неужели она…
***
Теперь настал черёд Ассаэра «пасти» коллег – и он не упустил своего шанса, когда Хартен и оборотень отправились вдвоем за дровами… По их словам. Ему лично показалось, что они просто жаждут посоветоваться. И что разговор пойдет о его скромной персоне и леди-наследнице.
И демон не прогадал.
– Полукровка ведет себя довольно-таки подозрительно, – вскользь заметил Сол, когда они в поисках сухостоя отошли подальше от лагеря. – Мы так и не вышли к базе, где должны были отчитаться о своих успехах либо их отсутствии… Не слишком ли слепо мы на него полагались?
– Возможно… Но проверить маршрут по карте уже не удастся, – с досадой сплюнул Хартен.
– И это тоже подозрительно. Нашу карту не то утащили, не то изодрали крысы… Своей у него нет… То он вел нас уверенно и спокойно, а тут вдруг начал чесать в затылке…
Хартен смутился, почувствовав несправедливость упрека. Сам он тоже знал места до болотистой низины очень даже неплохо, а здесь практически не ориентировался, лишь примерно представляя, какие крупные реки и озера есть в регионе… Но вслух он ничего не сказал.
– Да и то, как он тянул на себе леди-наследницу… Сказал, что знает всё насчет инструкций – но при этом не слишком ли он ее опекает?
– Возможно… но она его терпеть не может. Он доводит ее до слез с пол-пинка… – Хартен помедлил и предположил: – Может, на самом деле они куда лучше знакомы?
Сол задумался, затем решительно покачал головой.
– Не похоже. Полукровку прочитать сложно, но наследница куда более открыта. И она не притворяется.
Мужчины помолчали, а затем, присоединив к общей куче еще обхват хвороста, Сол тихо поинтересовался:
– А что насчет последнего указания лорда Сантуса? О том, что будет лучше, если она все-таки не доберется до цели?
Хартен ответил не сразу.
– Указания указаниями, но мне, если честно, не по душе то, что мы услышали.
...Неужели у Таймара Хартена все-таки есть совесть? Как бы с дерева не свалиться от удивления, мой мир рухнул…
– Намеки, недомолвки, недоговорки, – между тем поморщился офицер. – В нашем деле на них полагаться нельзя. Одно дело четкий приказ. А так… отвечать нам, не ему. Вот если бы произошел несчастный случай…
– Можно и это устроить, – намекнул Сол. – Рядом пресловутое озеро. Уж если даже капитану досталось…
Хартен тоже сгрудил собранные ветки на груду. Потер подбородок.
– Неплохой вариант, – согласился он. – Я думаю, претензий к нам не будет, если они оба в нем и останутся… а случись что – все можно будет с чистой совестью свалить на демона.
– Могут применить ментальный допрос, – напомнил Сол.
– Мы же не будем ее собственноручно топить. Нас можно будет обвинить максимум в халатности… а ее мы с полным раскаянием признаем.
Губы Ассаэра, затаившегося в кроне раскидистого дуба, упорно не желавшего расставаться с листвой, изогнулись в злой усмешке.