– Вот им об этом и расскажете. А заодно объясните, что из комнаты вас увозила злая ведьма на метле, но, не выдержав вашего характера, притащила обратно и нагло бросила на пол, оставив на память два синяка пониже поясницы, нервный тик и легкое заикание.
Девушка сперва воззрилась на Кэллиэна, пораженная, а потом заметила легкую, как всегда, кривую ухмылку… и рассмеялась. Как прежде, беззаботно и весело. И он улыбнулся чуть шире.
– Не хохочите. Окно закройте, я вас который раз прошу.
– Ага.
На сей раз Инерис рискнула оторвать одну руку от своей единственной опоры и закрыла окно.
– Не защелкивается?
– Нет, там задвижка.
– Прекрасно.
И он начал снижаться.
– Вы что делаете?! – вытаращилась на него она.
– Как это – что? – меланхолично спросил он. – Лечу с вами в сад.
– Зачем?
– За фиалками. Вам же вышивание наскучило, будете сахарить…
Ночная тишина снова была бессовестно нарушена звонким смехом, хотя Инерис очень старалась приглушить хохот, уткнувшись в камзол мага.
– Обслюнявите – будете стирать.
– Слушайте, хватит из меня делать главного порчуна одежды! – возмутилась девушка. – То грозились, что штопать заставите, теперь – стирать…
Снова скупая ухмылка.
– Инерис, а то я не знаю, на чьи платья уходила львиная доля изобретенного мной порошка, выводящего сложные пятна.
– Так это когда было-то!
– Ничего, у меня хорошая память.
– Будете меня смешить – точно стража сбежится, – пригрозила она, но неудержимое хихиканье свело суровый тон на нет.
– Отлично, скажу, что поймал вас при попытке побега, в полете, так как самодельную веревку из простыни, пододеяльника, трех наволочек и восьми комплектов белья я сжег в приступе гнева.
Она была вынуждена снова уткнуться ему в камзол.
– Кэллиэн, это не я чудовище, – приглушенно выдавила она, – а вы.
– Возможно.
Но теперь в его голосе уже не было веселья. Лицо тоже неуловимо помрачнело.
– Вы что? Я же пошутила.
– Я знаю. Я не обижен, Инерис, не беспокойтесь. Просто возможно, вы в этом правы. Только и всего.
Она же поняла, что была права в одном. Со своей ненормальной честностью Кэллиэн действительно мастерски портил настроение!
– А теперь что? – спросила она, когда они наконец приземлились, и маг разжал объятия.
– Гулять пойдем, – сообщил он.
– Гулять? – скептически уточнила девушка.
– Гулять. Вам незнакомо значение этого слова?
– Готовы подработать моим личным словарем?
– Заманчивая перспектива, но вынужден отказаться – боюсь не выдержать конкуренции с тем изобилием книг, которые вы натащили к себе в спальню. Или вы их не читаете, а развлекаетесь тем, что нервно рвете странички, как хомячок, который безвылазно сидит в банке?
Она была вынуждена опереться на его руку.
– Нет, Кэллиэн, вы невозможны! – отсмеявшись, пожаловалась Инерис. – Кстати, а если не секрет, чем вызвано ваше пособничество в столь злостном нарушении режима?
Он пожал плечами.
– Видите ли, я с вами согласен, Инерис. И тоже считаю, что ваш отец поступил не слишком благоразумно, сразу дав согласие, и не слишком справедливо, посадив вас под замок на время проверки ваших сведений.
– Ну, хоть кто-то так считает, – улыбнулась девушка.
– Я не единственный. Просто министры не хотят идти против вашего отца. Его и так в последнее время что-то гложет, никто не жаждет обострять обстановку.
– Вы по-прежнему не знаете, в чем дело?
Маг покачал головой.
– Увы. Видимых причин нет. Или они просто пока себя не проявляют. Но мне кажется, князь сам не осознает происходящих с ним перемен. – Внимательный взгляд на нее и тихое: – Я слежу за ним, не волнуйтесь.
– Спасибо. Может, он и поступил несправедливо по отношению ко мне… но он мой отец, – она пожала плечами. – Я беспокоюсь о нем. – Помедлила. – А капитан Мельдер?..
Помрачнел.
– Ничего нового. Есть какой-то эфемерный след, но его с огромным трудом удалось хотя бы уловить. Если бы это была какая-то серьезная магия вроде заклятья забвения или внушения, я бы непременно почувствовал. Что может оставить такой легкий, практически неощутимый след – я понятия не имею.
– Вы поэтому не смогли прийти поговорить со мной?
Кэллиэн скривился.
– Нет. Потому что меня вызвал к себе князь – побеседовать насчет новых заклинаний защиты. Но в любом случае ситуацию прояснить не удалось, так что вы немногое потеряли.
– А что насчет Солтейна и контракта? Есть новости?
– Расскажу, но уже у себя в лаборатории, если вы не против. А пока идемте.