– Крошки со щек смахните, – каким-то непривычным, ласковым тоном посоветовал Кэллиэн. Инерис поспешно схватилась было за салфетки, потом подумала и махнула рукой.
– Потом… вше равно будет фо ве фамое…
Кэллиэн покачал головой.
– Где ваши манеры, леди-наследница?
– А я не на работе, – беззаботно отмахнулась она. – Дайте мне поупиваться незаслуженными радостями…
Маг усмехнулся, сняв черные кожаные перчатки – неизменный атрибут, – и, не чинясь, разлил чай по чашкам, в одну бросил кусочек сахара и придвинул ее к Инерис.
– Откуда вы знаете, какой чай я люблю?
– А сами не догадываетесь? Мы ведь с вами обедаем за одним столом.
– Не думала, что вы обращаете внимание на такие мелочи.
– Мелочей не бывает, – загадочно отозвался маг, с безупречной грацией поднося к губам бутерброд и откусывая небольшой кусочек.
Инерис на мгновение стало стыдно, но потом она снова пожала плечами и вгрызглась во вторую половину шоколадного счастья. Думать о манерах и впрямь уже было бессмысленно. Но маг, похоже, не осуждал ее за этот приступ бессовестного обжорства. Он забавлял Кэллиэна, судя по мягкому блеску синих глаз и притаившейся в них улыбке, но не более.
Наконец, Инерис запила десерт чаем и, не удержавшись, откинулась на спинку кресла.
– Вот теперь вы знаете обо мне все, – улыбнулась она. – Надеюсь, вы не станете использовать компрометирующие леди-наследницу сведения против нее же.
– Вынужден вас разочаровать, но о том, что вы та еще сладкоежка, осведомлен весь двор.
– Безобразие. В наши времена нельзя утаить ни одного порока…
В глазах Кэллиэна плясали смешинки.
– Я рад видеть, что вы не утратили свойственной вам жизнерадостности даже после… неприятных событий последних недель, Инерис.
– А уж я-то как рада… Одного не понимаю, – теперь она поставила чашку на блюдце и нахмурилась. – Вот как отец мог даже подумать о том, чтобы выдать меня за этого чванливого пижона? Ведь Солтейн настолько явно был себе на уме, что… правда не понимаю.
– Я тоже, – спокойно кивнул Кэллиэн, не обращая внимания на удивленный взгляд, которым его одарила девушка. – Мне тоже эта ситуация показалась довольно подозрительной.
– Да и князь хорош… ничего умнее не придумал, чем воспевать дифирамбы моей красоте… я бы, может, еще поверила, если бы он мой ум похвалил или, скажем, безупречный вкус… Но внешность… – Инерис с отвращением покачала головой. – Надеюсь, следующий ухажер подойдет к делу с большей фантазией.
Кэллиэн вдруг устремил на нее проницательный взгляд, но ничего не сказал, задумчиво рассматривая ее в свете свечей и камина.
– Почему вы на меня так смотрите? – Инерис одновременно растерялась и смутилась, потупила взгляд, сложив руки на коленях.
– Вообще-то князь не так уж и неправ, – вдруг произнес он.
Девушка так удивилась, что молча уставилась на мага, не зная, что ответить.
– Ты красивая, Инерис, – прямолинейно произнес он.
И так просто, спокойно и прямолинейно он сказал об этом, что Инерис почему-то поверила – и смутилась еще больше. «Ты красивая». "Ты"... Не леди-наследница, а просто Инерис…
Слышать это было очень странно – и очень приятно. Особенно от него. Потому что Кэллиэн сам признался не так давно, что ему неприятно ей лгать и он не хочет этого делать. А значит, в его слова можно поверить...
И от этого неловко вдвойне!
– Чего вы теряетесь? – Кэллиэн, не извиняясь, вернулся к прежнему обращению, показывая, что не оговорился. – Инерис, вам что, раньше не говорили ничего подобного?
Как бы объяснить?..
– Ну… просто так, без причины – нет… – неловко проговорила она, не поднимая головы. Встречаться взглядом с насмешливыми синими глазами не хотелось.
– Поясните, – коротко велел Кэллиэн.
Вот кто из них придворный маг, а кто – наследница автономии, а?! Но одергивать его Инерис не собиралась.
– Ну… на приемах это вполне естественно и даже ожидается, все ведь говорят дамам комплименты, даже если девушка на самом деле некрасива. На балах то же самое. На официальных мероприятиях подобных вещей обычно не произносят, это расценивается как тонкое оскорбление, намек на то, что женщина может как максимум украсить собой зал – князь, кстати, так и поступил в нашу первую встречу. И да, мне, конечно, говорили подобные вещи… но кто бы рискнул сказать наследнице нечто иное? А просто так, как вы сейчас… – она беспомощно пожала плечами, надеясь, что он понял ее, несмотря на сбивчивое, путаное объяснение.