Объяснение показалось лорду Лориэлю разумным.
Пока следующий проход не открылся прямо в стене.
– Капитан! – по подземному коридору разнесся звонкий голос эльфа, сочащийся напряжением. – Простите мне мои сомнения, но…
«Но» пришлось поперхнуться – эльфу без всякого пиетета зажали рот и втолкнули в проем, с тихим скрежетом закрывшийся за ними.
– Прошу прощения, лорд Лориэль, но это не лучшее место для того, чтобы поднимать шум, – шепнули ему в ухо.
Из сонма противоречивых чувств, охвативших впавшего в ступор эльфа, самыми сильными были, пожалуй, удивление, подозрение и страх. Прежде он был уверен в капитане Мельдере, но теперь уже решил, что его собираются самого сделать «тайным пленником», о котором никто никогда не узнает. За что – он даже предположить не мог. Разве что капитан был все время на стороне Дэтре и теперь начнет разделываться с теми, кто способствовал его аресту?..
Да нет, глупости какие!
А то, что происходит, тоже глупости?! Его же похитили с неизвестной целью и тащат куда-то, как куренка на убой!
Эльф яростно замычал и попытался сопротивляться, но хватка капитана была поистине железной. Да и прием классический – при изрядной физической силе им можно помешать любому магу, достаточно запястья за спиной скрутить.
А силы человеку, к сожалению, хватало.
– Не сопротивляйтесь, лорд Лориэль, – раздался хриплый, сорванный голос в темноте. – Клянусь… кхм, ладно, гарантирую – я не собираюсь причинять вам никакого вреда. Объяснять, зачем вы понадобились на самом деле, будет слишком долго, да и не гарантия, что вы мне поверите… Подчас лучше увидеть всё своими глазами.
Целитель увещеваниям не внял.
Борьба, однако, продлилась недолго, и помятого эльфа потащили дальше. Факел в пылу схватки был отброшен, и теперь лорд Лориэль хорошо различал и пласты паутины по углам, и ее бахрому, свисавшие с потолка, и давно рассохшиеся кирпичи.
В голове, словно набитой плотной ватой удивления, бился вопрос: «куда и зачем?!».
– Там, куда мы идем, ваше присутствие действительно необходимо, – заверил еще раз капитан.
Чужая ладонь с терпким человеческим запахом наконец убралась с губ.
– Это так вы пытаетесь заручиться помощью целителя?! Хватая его и молча таща невесть куда?! – возмутился эльф. Хотел холодно и высокомерно, но получилось скорее истерично.
Остроухий недовольно поморщился.
– Может, хотя бы руки отпустите?
Теперь голос послушался.
Помедлив, капитан разжал пальцы.
Эльф со стоном растер запястья и выразительно обернулся через плечо.
– Не советую. Удрать отсюда вы все равно не сможете, – с жутковатой уверенностью произнес Мельдер, на лице которого не было и тени раскаяния. – Вы ведь не знаете, как открывается ход. А в этих катакомбах можно блуждать до полного одичания. Попытаетесь пробить стену – и потолок осыплется вам на голову.
К своему стыду, лорд Лориэль ощутил запоздалый страх. Какой позор для светлого высокородного! Так глупо попасться в ловушку, расставленную человеком, не побоявшимся сыграть на святом для каждого целителя чувстве долга!
– Поэтому лучше идите дальше без глупостей, – подытожил капитан Мельдер. – Осталось недолго.
– Не ожидал я от вас такого предательства! – вырвалось у эльфа.
– То ли еще будет, – сообщил холодный, скучающий голос, от которого у целителя разом зашевелились волосы на затылке.
Этот усредненный тембр целитель узнал мгновенно, но не сразу смог поверить в то, что действительно его слышит.
Оборачивался эльф медленно, надеясь, что ему просто померещилось.
Увы, в темноте он легко различил бледное узкое лицо дрянного вампира-полукровки.
Храбриться при встречах во дворце, бравировать ненавистью, сдать врага королеве, присутствовать при аресте – это одно. Столкнуться с черным магом на его территории – совсем другое.
Но как?! Как Дэтре сумел это провернуть?!
***
Эльф был чист аки первый снег. Только убедившись в этом, Кэллиэн позволил себе влезть в чужую беседу.
Придворный маг не был особым любителем театральных эффектов, но здесь позволил себе эту слабость. И не пожалел. В первый миг остроухий вытаращенными глазами уставился на полувампира, во второй у него натурально отвисла челюсть. С лица эльфа моментально сбежали все краски, на нем легко читалось потрясение пополам со страхом.
Собой Кэллиэн владел превосходно, надменно-презрительное выражение лица не изменилось ни на йоту. Но в душе он покатывался со смеху, искренне наслаждаясь мигом своего триумфа.