Девушка осознавала, что это конец. Надя так и не увидит его, не успокоит и не возьмёт его на руки. Она, стала бить по стене, крича что есть силы. Через мгновенье Надя упала и кубарем покатилась вниз. Стены больше не было. Сплевывая землю, она подскочила и превозмогая головокружение стала озираться по сторонам. В нескольких шагах от нее, темные сгустки кружились в смертельном водовороте. Надя не стала медлить, она не слышала плача, не раздумывая она бросилась в самую гущу. Подхватив сидящего малыша, она с облегчением прижала его к себе.
Она горела, нет — неверное сравнение. Ей казалось, что с нее заживо сдирают кожу. Тьма кружила вокруг нее обжигая, въедаясь в кожу принося невыносимую боль. Прижимая притихшего малыша, она старалась оградить его от творящегося вокруг ужаса. Через рёв и вой Тьмы она услышала тихий женский голос, который что-то шептал. Сначала очень тихо, но с каждой секундой ее голос нарастал. Закрыв лицо руками, как можно крепче прижимая к себе ребенка, Надя пошла на голос. Она надеялась, что с помощью него они выберутся из этого ада.
Девушка не помнила, как долго она шла. Ей неважно было куда, самое главное она держала на руках ребенка, который затих, прижавшись к ней. Девушка тихо плакала и улыбалась сквозь слезы. Несмотря на окружавшую Тьму, она знала, что защит его, ценой собственной жизни. Черная макушка приятно щекотала подбородок. Зажмурившись, она прижалась к нему губами и с наслаждением вдыхая его сладкий запах. Э
Женский голос становился все громче, а Тьма затихала. Открыв глаза, Надя увидела, что стоит перед зеркалом. Малыш отстранился и посмотрел пронзительными голубыми глазами на нее, затем потянул ручки к зеркалу. Надя медленно подошла к зеркалу, но не увидела своего отражения. Осторожно коснувшись зеркальной глади, она увидела теплую субстанцию, которая разошлась рябью. В нетерпении малыш на руках заерзал. Она стояла в нерешительности не зная, что делать, когда сзади раздался грохот. Оглянувшись, она увидела, как все что ее окружает начинает рассыпаться словно карточный домик.
Выход был только один — непонятное зеркало. Последний раз оглянувшись она обняла малыша и вошла в зеркало.
— Ну, же… Дыши! Вот так! Глубоко дыши…
Сквозь образовавшийся вакуум в голове Надя еле различала, все тот же голос, который до сих пор вел ее. Постепенно все ее окружения заполнялось запахами, и звуками. Несмотря на боль во всем теле и раздирающую боль в голове и горле ей с каждой минутой становилось лучше.
В нос ударил запах хвои, трав, и дым от потухших свечей. Разгоряченную кожу приятно холодил теплый ветерок, под руками она ощущала шершавую поверхность дерева. Медленно через силу она открыла глаза. Склонившись над ней, стояла молодая женщина. На вид не больше тридцати лет. Голубые глаза смотрели с тревогой и надеждой. Медленно положив руки на ее голый живот, она удовлетворенно пробормотала.
— Сильная мать… Истинная…
Все звуки и ощущения девушки слились в один поток, но через эту какофонию она расслышала то единственное слово, ради которого шла через тьму — мать.
— Я? — прохрипела она, сухими губами.
Миранда устало выдохнула. Она смогла, у нее получилось. Счастливо улыбнувшись, она взяла глубокую миску, высыпала туда щепотку перетёртых трав и залила кипятком. Подойдя к девушке, она набросила на нее покрывало и наблюдая за ней стала дуть на горячую настойку чтобы остудить.
Надя следила за незнакомкой. Она сказала, что она сильная мать. Мать! Неужели она говорит про нее?
Остудив напиток, женщина приподняла ее голову и поднесла к губам миску.
— Не бойся, это предаст тебе силы…
Надя и не думала бояться, ей казалось, что она спит и это все ей снится. Она никогда не может стать матерью, это невозможно. Только с каждой секундой ей все меньше верилось, что это сон. Больно реалистичный, ее останавливало от принятия реальности то, что она бесплодна. Она не может быть чей-либо матерью.
Медленно отпив теплый отвар, она облизала пересохшие губы и спросила:
— Вы кто?
— Кто я? Это не столь важно…
— И все же?
— Важно кто ты? Как тебя зовут?
Миранде было интересно с какого континента девушка. Она колебалась когда призывала Истинную. Где-то, на одном из семи континентов кто-то потеряет дочь, жену, возлюбленную. Она знала изнанку призыва Истинной. Отставив миску, она помогла девушке сесть.