– Они точно тонированные? – вопросом на вопрос ответила девушка и завела в тупик. Она легонько постучала пальцами по стеклу.
– Да, – растерялся хозяин машины. Конечно, он нарушал нормы, но всё же затянул плёнкой все стёкла, включая лобовое. Пока дело ограничивалось штрафами. Пару раз он снимал её по требованию сотрудника ГИБДД, но потом вновь отправлялся к знакомым мастерам, платил деньги и восстанавливал тонировку.
– Отлично. Помоги мне. Заело замок ремня. Не могу отстегнуть, – быстро выдала Слава. Если бы не окостеневшая шея, она бы сама развернула к себе долго соображающего мужчину.
– Всё нормально же было, – нахмурился Юрий и, освободившись от своего ремня, повернулся к девушке. Это стало фатальной ошибкой, потому что она поймала его правой рукой и притянула к себе. От неожиданности, он едва не упал ей на грудь, но вовремя ухватился за сиденье. – Зря ты это сделала.
– Нет, – ответила она и облизнула пересохшие губы, заставив их заблестеть.
– Да, – ещё более уверенно ответил мужчина и буквально впился поцелуем в её приоткрытый рот. Невозможность отношений усиливала страсть. Его губы не ведали пощады, но её никто и не просил. Слава откликалась с таким же пламенным энтузиазмом, позволяя мужской руке дать волю. – Нет.
– Да, – возразила она, не позволяя ему отодвинуться.
Их взгляды пересеклись, высекая молнии. И если бы в машину не постучали, то не известно, чем закончилось бы дело. Поправив спортивную толстовку на плечах Славы и проведя рукой по своим волосам, Юрий приспустил боковое стекло. В салон заглянул хозяин ритуальной конторы.
– Приветствую. Влада с вами? А, вижу. Дождь собирается. Может, поторопимся? – спросил он, ничуть не удивившись тому, что девушка приехала с сопровождением.
– Здравствуйте. Да, конечно, – кивнул Юрий и открыл дверь.
На улице и впрямь всё дышало дождём, будто он уже шёл, но не долетал до земли. Слава последовала примеру Юрия и тоже вышла из машины. Прохладный воздух остудил разгорячённое лицо, но щёки всё равно полыхали, как маков цвет. В этот раз проводником стал исполнитель работ, парень в строительной робе. Он поджидал всех у ворот, а когда люди подошли, повёл другим путём, уверенно петляя между могил, чем существенно сократил время. Когда он резко остановился, то Слава не поверила своим глазам, решив, что заблудилась. Пятачок за оградой изменился до неузнаваемости. Вместо креста стоял памятник, землю устилала плитка, на надгробии мрачно чернел шлем, а на гладкой поверхности проступала надпись «Быстрее ветра только смерть». Слава смотрела на портрет мужа и чувствовала, что в глазах защипали слёзы.
– … ограду покрасили в чёрный цвет, чтобы в тон памятнику, – перечислял свои заслуги рабочий. По большому счёту парень мог собой гордиться. Придраться было не к чему.
– Если всё в порядке, то можете перевести оставшуюся сумму на счёт. Если есть вопросы, давайте обсудим, – нервничал хозяин ритуальной конторы, поглядывая на небо.
– Меня… всё устраивает, – шепнула Слава и присела на скамью.
Юрий стоял чуть поодаль за оградой. Он сочувствовал Славе, хотел утешить, согреть в своих объятиях и увезти подальше. Смотреть на неё, согнувшуюся от страданий, было тяжелее, чем самому испытывать боль. Вдалеке послышались приглушённые голоса. Юрий обернулся. От центрального входа тянулась скорбная процессия. Она свернула на соседнюю аллею. Из-за чёрной одежды люди сливались в единую массу.
– Того самого Хитрова хоронят, – вздохнув, сказал хозяин ритуальной конторы. – У нас крест и табличку заказывали. И венки. Тесен мир.
Его слова ударили Славу словно током. Она выпрямилась, напряглась. Её потянуло туда, к страдающим людям, чтобы своими глазами увидеть лицо ночного «голландца».
– В закрытом гробу хоронят, – бесцветно произнёс рабочий, опираясь на ограду. – Говорят, от лица ничего не осталось. Вроде как без шлема был.
Слава вспомнила фотографии с места ДТП. Шлем валялся недалеко от мотоцикла. Опять в душе появилось надсадное чувство обмана. Всё казалось театром: и люди со скорбными лицами, и гроб, и вырытая могила, и скорость похорон. Родные, друзья, близкие подходили прощаться с методичностью конвейера. Бросали ком земли на гроб. Только и слышалось бум-бум-бум. Ещё одну тайну прятали от докучливых глаз и лишних ушей.
– Я перечислю сегодня оставшуюся сумму. Спасибо, – сказала Слава, подгоняя мужчин хмурым взглядом. Ей все мешали.