Филин дремал, наполовину прикрыв глаза, но я знала, что он наблюдает за мной. С недавних пор это мешало сосредоточиться и я старалась работать, когда он улетал или хотя бы располагался под крышей. Но он отсутствовал всё реже, а я больше не могла воспринимать его как сову и просто жить своей жизнью рядом с ним.
Пожалуй… пойду послушаю нотации тётушки, захватив платье в гостиную. Или закончу его в садовой беседке.
Нет, стоп, Лия! Хотя бы попытайся не убегать и просто сказать всё как есть!
Минула неделя с того вечера, когда я получила задание потренировать интуицию. Я провела тогда бессонную ночь, злясь и ворочаясь. Копалась в мыслях и понимала, что причин для страхов у меня действительно – хоть отбавляй, но стыдилась своей подозрительности и сходила с ума от осознания, что Ник её замечает.
Только под утро вспомнилась его рекомендация отключить голову и я последовала этому совету. Затем попыталась заново пережить чистые и предельно ясные чувства, которые переполняли меня, когда Ник работал с маской. Откуда они берутся?
Я поймала тень понимания, потянула за ниточку и представила Ника. Он возник перед внутренним взором не совой, а вчерашним туманом. Иллюзия казалась мягкой и располагающей. Я осознала, что могу сейчас шагнуть прямо за завесу – ведь Ник сам пригласил проверить – и, не испытывая ни малейших сомнений, подалась вперёд.
За границей ждал тёплый свет. Я совсем ничего не видела, таким он был ярким и ослепительным. Но мне было и не нужно – достаточно уверенности, что здесь уютно и безопасно. К свету прибавился совиный запах. Знакомый чарующий голос, но с щемящими нотами горечи, повторил: «Исходит ли от меня хоть какая-то угроза? Могу ли я навредить тебе?». Ответ пришёл мгновенно – «Я тебе доверяю!».
Очнувшись, я решила уже умом – полностью положусь на Ника, ни в чём больше не стану его подозревать и буду всегда честна. Иначе во всём происходящем просто нет смысла!
И вот теперь, всего несколько дней спустя, я уже малодушно придумываю, куда сбежать от него с дурацкими кукольными тряпками! А как же честность?! Что Ник подумает, если я начну его сторониться?
Я поставила на место плетёный короб с шитьём, который уже успела схватить, и теребила его ручку, решаясь.
– Ник!
Глаза филина мгновенно распахнулись.
– Не понимаю, как мне вести себя с тобой, когда ты в птичьем обличье! Не могу как раньше!
Ник перепорхнул прямо на корзину и принялся нежно, быстро прихватывать клювом мои пальцы. Он так делал иногда и раньше – знак совиного расположения и игривого настроения, всегда приводивший меня в восторг.
– Нет же! Ты теперь не не кусачий Призрак, ты – Ник. Я не могу больше зарываться в тебя носом или радоваться, что ты обратил на меня внимание и прилетел щипаться!
Ник вытянулся вперёд и уткнулся лбом в мою шею сбоку. Ого... а вот так он прежде никогда не поступал! Тоже мне – котик... Я смутилась и наверняка покраснела.
– Ты так поломаешь все перья на ушах!
– Угу.
Я вздохнула и осторожно наклонила к его голове щеку.
После своеобразного диалога ни капельки не стало понятнее, как жить дальше. Но на душе было легче.
После ужина я пыхтела над новыми рунами, которые Ник рисовал и раскладывал на столе. Когда я понимала очередную – она загоралась. Едва запоминала – гасла и исчезала с бумаги.
Сегодня получалось ещё хуже, чем с кукольным платьем. Прошло не меньше часа, а ещё не загорелась ни одна. Ник терпеливо стоял позади без малейшего движения, только молча дышал в макушку. Вот ведь совиная выдержка, нет бы давно заскучать и куда-нибудь сесть!
– Ты сегодня весь день сама не своя. Может отложим?
– Нет!
– Тогда снимай хотя бы повязку. Я пойду за ширму.
Я знала, что сбивает меня Ник, которого я всё это время чувствую позвоночником, а вовсе не маска. Но и в этом смысле его предложение было очень подходящим, поэтому я с облегчением согласилась и урок сдвинулся с мёртвой точки.
А затем... отсутствие ограничивающего артефакта дало неожиданный эффект. Когда я наконец поняла, что на новой карточке изображён вариант воздуха в движении, почувствовала возможности руны и запомнила начертание – символ не исчез и не погас.
Я с улыбкой прищурилась, подхватила руну и перенесла её на конфетную обёртку, забытую на столе. Бумажка плавно поднялась и улетела под крышу. Настроение мгновенно улучшилось.
Я осмотрелась и выбрала следующую цель – крупную деревянную бусину. Закрыла глаза, спокойно соткала перед внутренним взором новый символ нужной силы. Через минуту тяжёленькая деревяшка отправилась вслед за бумажкой, словно была пылинкой.