Я не верила ни слову – понимала уже разницу между реальным большим миром и чепухой о магах и Двуликих, при помощи которой отвращали от него в резервациях. Правда – почти всё знала со слов Ника…
Вдруг вспомнился герцог Гленрок. Ну вот его я видела своими глазами. Посмотрим же теперь на творчество мистера Оуэна! Наверняка, вампирам с гор посвящена самая большая глава. Я открыла начало – разумеется, первое предостережение называлось «Кровопийцы Призрачного замка».
Картинки подтвердили, что я мыслю в правильном направлении. Вампирская ипостась представляла собой клыкастое и когтистое чудище. Но и человеческая тоже внушала страх и была не на много симпатичнее – горбатый ходячий мертвец с чёрными кругами вокруг глаз. Я улыбнулась – мало общего с красавцем, очаровавшим тётушку Ди!
И что это значит? Думай дальше, Лия! Да – портретного сходства не много. Но герцогу не пририсованы рога, лишние конечности или ещё что-нибудь для острастки. Тощий, отталкивающий, но… почти человек внешне, что соответствует действительности. Даже горбатый, хотя горб преувеличен раз в пять. Назван вампиром, как и есть. Никаких откровений...
Я снова пролистнула до седьмого предостережения. Голова у монстра была от сипухи – похожая на человеческое лицо с раскосыми глазами, длинным носом и без рта. Может это просто и есть обезображенное человеческое лицо, обрамлённое перьями вместо волос? А рот всего лишь не пропечатался на оттиске?
Я не уговаривала себя, просто с головой вообще не сходилось!.. У Призрака не было горячего ароматного дыхания Ника. И не понятно, как вообще можно говорить, да ещё и таким завораживающим голосом, имея… клюв.
Но в принципе – всё равно… Так вот кто ты, Ник! Не человек, как сам и говорил. Стигини. Мужчина с крыльями и лапами Призрака, а возможно – и с головой филина.
Сердце бешено билось и готово было выпрыгнуть из груди. Эва даже представить себе не может, какую надежду подарила сейчас этому влюблённому сердцу!
Может мне вовсе ничего и не почудилось – хриплый голос из-за вестей о женихе, нежные руки, желание обнять и вообще быть ближе? Может ли быть, что такому… необычному созданию не важно, какого цвета моя кожа?
Глава 15.
Из подсобки я вышла ещё минут через десять, когда окончательно пришла в себя и почувствовала себя достаточно уравновешенной, чтобы успокоить и помощницу.
– Я видела книжку, Эвелин, и даже немного почитала. Неужели сама не понимаешь, какая ерунда нам описана?
– Ты просто пытаешься меня успокоить.
– Конечно пытаюсь! Потому что проповедника следует гнать отсюда метлой. Из-за него ты волнуешься, после его глупых страшных сказок. Хочешь, а тебе докажу?
Мне ещё возле кассы придумалось, как отвлечь внимание Эвы от Ника и я пролистнула брошюру до нужной главы.
– Посмотри сюда, что ты видишь на этой гравюре?
Эва едва взглянула и сразу ответила – явно знала книжку наизусть.
– Там колдунья с рунами. Тоже страшно.
– Да, которая ворует младенцев для чудовищных ритуалов и наводит порчу на невест. Узнать можно по яйцам, которые мгновенно становятся тухлыми при её появлении, а также по моментально вянущим и высыхающим в пыль в её присутствии цветам. Так вот – вся эта пурга в предостережении… как бы обо мне. У меня именно рунная магия, твоё первое предположение было верным.
Я многозначительно покосилась на маленький букетик васильков на нашем чайном столике, который выглядел вполне свежим и бодрым.
– Я похожа на это чудовище на картинке? Можешь поверить, что я ворую младенцев? И много ли тухлых яиц ты съела на обед в магазине?
– Это не доказательство, Лия. Просто слова. Ты всё придумала, чтобы я отстала и позволила тебе уйти с монстром, потому что он тебя зачаровал!
Я вздохнула и обвела взглядом лавку, подыскивая что-нибудь подходящее. На одном из стеллажей была выставлена птичка из перепелиных пёрышек в соломенном гнезде, перевитом сиреневыми и белыми ленточками. Пёстрая рыжая пичужка чем-то была похожа на меня. Вот её и оставлю Эве на память.
Сперва я закрыла глаза и сплела руну для птички. Отправила зримый светящийся символ взглядом – игрушка поднялась в воздух и опустилась к Эве на колени.
– Вот так я использую руны, Эва. Только теперь не давай её никому в руки!