– Ну, я всё верно прикинул.
– Здравствуй, Эдди! Ирвин, Селиф – Эддисон Хоук, мой друг.
– А своему крылатому парню, значит, не представишь?
– Ты ведь знаешь Призрака.
– А человеческое имя у него есть? Ладно, не отвечай. Я понял – сплошные тайны. У меня там ваш… ну, не знаю кто. Ваша сова, в общем. Рыжая морфа неясыти.
Я сглотнула внезапный железный ком.
– Где это – там, Эд? На соколином дворе?
– Нет, здесь. Я уже боялся, что папаша найдёт. Давно прятал. Отец не при чём, сразу говорю! Хилз просто попросил вольер. Закрытый и подальше в лесу. Это я уже подглядел, что он там держит птицу в клетке с заточенными прутьями и травит. Я подменил на старое чучело из охотничьего домика. Взял хну у Рози и покрасил в рыжий. Набил требухой и сырыми яйцами. Чтобы провоняло и док решил, что сова околела.
– Где здесь?!! – хором спросили Ирвин и Селиф.
– Ослик мой у ворот остался. Там корзина.
На сей раз вампиры ринулись к двери вдвоём и Ник улетел с ними. Я бы тоже побежала… но не знала куда.
– А эти двое, они… не такие, да?
– Какие не такие?
– Ну, не крылатые ребята, как твой парень и тот, которого я украл у лекаря.
– Разве ты видел у них крылья? – уклончиво ответила я.
– Не делай из меня дурака, Ли! – махнул рукой Эдди. – Ваш этот… превращался ненадолго в бреду, когда я его немножко отпоил. Я видел. Вылитая ты, только с крыльями. И лапами. Если бы не это – разве я бы догадался, куда идти?
– С ним всё будет в порядке, Эд? Как он?
– Это уж вы сами лечите. Но мне что-то кажется, у вас не заржавеет.
– Что теперь с тобой делать, Эдди? Даже то, что ты уже знаешь – серьёзная тайна!
Друг снова махнул рукой.
– Да брось! Даже если я под старость лет рехнусь и начну болтать, например подвыпивши. Ну кто всерьёз воспримет сказки сокольника… про волшебных хищных птиц?
– Пожалуй, действительно никто.
Эдди кивнул, а потом посмотрел на меня очень серьёзно:
– Что скажешь, Ли? Твоя жизнь здесь будет похожа на сказку?
– Уже похожа, Эдди. Не хватало только того, кого ты спас. Теперь – точно сказка!
Послесловие.
Легенды о стигини (иштикини) не очень распространены, но традиционны для североамериканских индейцев. Они больше похожи не на красивые сказки, а на предостережения проповедника Оуэна.
Помимо них, вдохновением для книги послужила история моей собственной совы – длиннохвостой неясыти по имени Лото и, как это часто бывает – песня.
Наш Лотя был волонтёрской птицей, спасённой из-под колёс машины. Дружелюбная, красивая и ласковая сова. Однако, оправившись от контузиии и залечив потерянный глаз, он вышиб лапами окно и улетел, предпочтя свободу долгой сытой жизни.
После звона разбитого стекла я услышала вороний гомон и выбежала на улицу. Сцена из первой главы, где Призрака осаждают вороны, от и до взята из жизни. Нас так же, как Эдди уговаривал Лию, убеждали, что вороны сове не страшны. Лотя не обращал на них внимание и перепархивал с дерева на дерево весь день. В сторону реки и леса.
Я долго успокаивала свою маленькую дочь, фаната хищных птиц, ради которой и решилась взять сову. И сочинила для неё сказку про такой мир сов, какой Лоте никак нельзя было навсегда оставить ради нас.
На романтическую линию меня вдохновляла давно любимая песня. Одновременно с выкладкой последних глав романа, я разместила во вкладке буктрейлера музыкальный эпиграф с этой песней и моим переводом. Оставлю его и здесь:
«Она не птица»
Она суетится в пёстром платье
Он снова и снова поворачивает голову
Летит улыбка
И он может поклясться
Что видел её крылья
Видел вчера
Как она прятала их под платье
Но она не птица…
Разве не видишь?
Это не птица…
Она не птица…
Разве не видишь?
О любви говорит её малейшее движение
А ты ищешь перья среди пёстрых одежд
Потому что уверен –
Вчера ты видел тень её крыльев
Вот почему у тебя уже готова клетка
Но она не птица…
Разве не видишь?
Это не птица…
Она не птица…
Разве не видишь?
В день, когда эта тень совсем накроет твоё сердце
Она будет плакать и смеяться у окна
Распустит волосы
Прыгнет…
И превратится
Чтобы вернуться к окну через мгновение
Но как райская птица
Потому что ты этого хотел