И он одним взмахом перерезал бывшему предводителю ишш’та горло.
В черных глазах на миг мелькнула благодарность, а затем они угасли.
Агония была короткой.
Вытащив трезубец, помрачневший окончательно Гархан несколько раз воткнул его в песок, очищая от крови. Кинжал вытер об одежду казненного.
На плечо легла рука Джара, пальцы сжались на несколько мгновений в разделенной молчаливой скорби.
Только равный может казнить равного.
О предательстве Редораха узнает его народ. Старейшин допросят. Всю информацию, которую тот предлагал в обмен на свое спасение, они получат и так. Новый вождь будет взят из другого дома, не осквернившего себя преступлением против Наместника. Может даже, из младшей ветви его, Гархана, рода, пошедшего от двоюродной бабки…
Вот почему нельзя покупаться на сладкие речи южан, на яд их поучений. Сам того не замечая, начинаешь предавать тех, кому служить клялся жизнью и искрой. Полукровок и людей надлежало скорее пожалеть, ибо они никогда не смогут обрести ту же силу, так же слышать пламя, как чистокровные демоны. Глумление над слабыми и ненависть к ним не приносят чести…
– Союз с королем не принесет им ни славы, ни спасения, – тяжело обронил Кхад. – Дахаэр может обрушить гнев даже на равного и верно служившего, низложив его по своей прихоти. И тем более в любой миг он способен решить, что вчерашний союзник ему больше не нужен. Странно, что этого не понимают ишш’та.
Мужчины молча вернулись в лагерь, бросив тело бывшего соратника на растерзание пустынным тварям.
***
Поначалу Шерс с огромным трудом подавлял дрожь восторженную – как же, нашел самого Наместника Севера, наследника Юга! Узнал Ассаэра он хоть и не сразу (слишком тот переменился за эти без малого пять лет), но нужное заклинание живо расставило все точки над «и». Многие его искали, а нашел он! И в такой компании, что любо-дорого! К этой девке Ассаэр явно неровно дышит, а значит, будет как шелковый, главное – захватить их вдвоем.
Уж теперь-то, с такими-то новостями он вернет себе и расположение короля, и былые привилегии – а то и обзаведется новыми!..
Но приятным мечтам пришлось подождать.
Мысленно отметив для себя расположение их лагеря, Шерс решил, что Наместник никуда не денется, а вот проследить за судьбой Редораха следует. Ишш’та были весьма здравомыслящим народом. Будет жаль, если эта удобная во всех отношениях база окажется потерянной… Оттуда, благодаря лояльности вождя, было так легко совершать вылазки в Нариме!..
Ужом скользнув за Гарханом, Шерс забрался на скалу и сплел заклинание острого слуха и зрения. Маг даже порадовался, что принял такое решение – заодно он узнал, куда именно направляется Ассаэр. Малый дворец, значит… что ж, по крайней мере, напоследок предводитель этих дикарей сослужил ему (а значит, и Дахаэру) отличную службу!
За казнью он наблюдал, брезгливо морщась, но без особых сантиментов – и не такого насмотрелся за время службы во дворце и у старика. Смерть была просто на удивление милосердной. Базу жаль, конечно, но главное – он знает, где Ассаэр и куда идет. Точная траектория – дело десятое, когда известна цель.
И душа Шерса пела от радости вплоть до тех пор, пока один из пустынных дикарей не сказал как сплюнул:
– Союз с королем не принесет ни славы, ни спасения. Дахаэр может обрушить гнев даже на равного и верно служившего, низложив его по своей прихоти. И тем более в любой миг он способен решить, что вчерашний союзник ему больше не нужен. Странно, что этого не понимают ишш’та.
Эти слова словно пригвоздили его к месту, выбив дух не хуже удара огненным шаром в грудь. Шерс горько пожалел о том, что вообще их услышал. Но они навязчивым эхом отдавались в голове снова и снова.
«Даже на равного и верно служившего… решить, что вчерашний союзник не нужен… странно, что этого не понимают…»
Может ли быть, что служить королю – это даже больший риск, чем противостоять ему?
В реальность его вернуло характерное пощелкивание внизу – заклятье продолжало действовать, и Шерс осознал, что совершил роковую ошибку.
Пока он, потрясенный, переваривал новые мысли, на свежую кровь сползлось и сбежалось пустынное зверье. Ночь наполнилась грозным шипением, щелчками ядовитых клешней, изредка даже утробным рычанием. Теперь он не сможет покинуть свой наблюдательный пункт до тех пор, пока твари не угомонятся…
Глупость какая! Он же маг!
«Который истратил все точки переноса, – напомнил внутренний голос. – А новую сделать не из чего…
К тому же сбежавшихся на внезапное угощение тварей столько, что никакой магии не хватит.
Оставалось ждать. Рассвет разгонит это пиршество.
Шерс ждал – и дрожал чем дальше, тем сильнее, но вовсе не от страха. Непривычные, жуткие, почти святотатственные мысли не желали покидать его, промораживали насквозь, хуже ветра, гулявшего близ северных человеческих границ.
Он всегда верил, как и все на юге, что самое тепленькое местечко – подле короля. Но разве такой король способен верно награждать за службу? Для него на первом месте его собственные интересы. Стоило Натору принять самостоятельное решение ради спасения воинов короля – как его тут же лишили всего. Стоило ему самому совершить досадную оплошность – и он оказался в полной власти старика, потому что для Дахаэра его происхождение перевешивало его способности и преданность. А ведь, если уж на то пошло, старик тоже не обнаружил его кузена! Но за весь отряд наказали его одного.
А за Ассаэром идут, потому что он – сила, потому что на его стороне знания… Ради него убивают вчерашних соратников, и вовсе не потому, что под его боком теплее – наоборот, эти типы рискуют всем…
Кощунственные мысли!!! Недопустимые! Дахаэр Адж’Ракх – властитель этих земель, равно северных и южных, и только ему решать, что и с кем делать, кого возвеличивать, кого…
Прежде он очень охотно занимал место низведенных. А теперь одним махом оказался одним из них. И этот опыт Шерсу совершенно не понравился.
Как бы его в обмен на сведения о кузене короля не бросили палачам… а то и драконам на съедение.
Нет, конечно, им не давали демонятину, об этом Шерс прекрасно знал. Но у Дахаэра богатая фантазия.
Ночь была полна открытий. Он впервые понял, что боится короля, боится из-за его непредсказуемости и нетерпимости к тем, кто стоит хоть на ступень ниже него самого. Хуже того, впервые усомнился в том, что выдавать Ассаэра – хорошая идея. Пусть идет себе и идет: во-первых, наследники лишними не бывают, а у короля нет даже бастардов. Во-вторых… в отличие от Дахаэра, Ассаэр – искусный воин, и его действия произвели на Шерса впечатление. В-третьих… может, слегка нечистокровный, но адекватный правитель окажется лучше такого чистокровного?..
Крамола! Пустынные ядовитые россказни оказались слишком токсичными, надо поскорее вернуться на юг…
И огрести по первое число за побег. А то и «подкормить» старика своей магией. Вот уж кто будет в восторге от его послушания!
Какого вампира он, как побитый пес, все виляет хвостом и заискивает перед тем, кто не погнушался пнуть его и наказать за разбитый им же самим нос?
Потому что Дахаэр – король.
И этим все сказано?
Прильнув к скале, Шерс стиснул голову руками. Он был даже рад тому, что не может уйти прямо сейчас. Он уже не был уверен в том, что хочет догонять караван Наместника. И в том, что собирается немедленно сдать его королю.
Он давно не спал, так может, этот бред, лезущий в голову – последствия? И утром полегчает?
Шерс очень на это надеялся.
Его ждала долгая ночь.
***
Для Инерис этот вечер выдался совершенно сюрреалистичным – настолько в голове не укладывалось пережитое, да и всё нынче отличалось от привычного распорядка. Во-первых, они все собрались не у костра, а в одном шатре, и никто ее не гнал, никто не косился, не бросался обидными словами (пусть и на потеху гостям и потенциальным шпионам, но все же!). Гархан и вовсе тяжело вздохнул и попросил прощения у Ассаэра и у нее самой (!) за то, что не уследил, что зря доверился тому, кому не следовало доверять. И другие заметно смягчились по отношению к ней, хотя леди-наследница ждала прямо противоположного. С огненных вполне сталось бы обвинить во всем пришлую человечку.