— Федерика промышляла отмыванием денег: ей перечисляли криптовалюту, она ровоиламанации и на выходе получала евро, происхождение которых нельзя было отследить. Еще одним ее лилчениеыло накручивание показов рекламы с помощью ботов. Оказывается, если хорошо поискать в даркнете, можно найти не только оружие и наркотики, но и ботов, способных пробить защиту RTB-Creative.
— Но… — начала было Ника.
Кирилл на секунду отпустил ее ладонь и прижал палец к губам.
— Я знаю, Ред Макс изобрел баннерную сеть без ботов. Но на деле это не так. В даркнете орудует некий аноним, нашедший лазейку в алгоритмах RTB-Creative, и Федерика часто ему платила за ботов. Она даже статью об этом написала: «Так ли гениален знаменитый гуру маркетинга?»
Ника кивнула, она видела эту статью, но приняла за очередную теорию заговора. Так что же получается? Баннерная сеть Макса не была защищена от ботов? Выходит, он ничем не отличался от конкурентов? Это, конечно, неприятно и бьет по репутации, но на повод для шантажа не тянет. В конце концов, он мог признать существование уязвимости и пообещать найти способ ее закрыть.
— Однажды Федерике на обналичивание поступила очередная порция криптовалюты, она провела ее через систему анализа и увидела, что деньги пришли с кошелька, на который она сама ранее переводила оплату. За ботов.
Ника снова кивнула. Хорошо, допустим, но что с того?
— Федерика поняла, что деньги ей перевел тот самый аноним, смеломать RTB-Creative. Она решила его выследить. Провела криптовалюту через систему обналичивания, якобы передавая из рук одного исполнителя в руки другого, но на деле самостоятельно выступала в роли исполнителя на каждом этапе. Не спрашивай, там сёоченожно, я тоже не до конца андерстенд[31]. Знаешь, Юрис очень помог следствию. Он, конечно, тот еще асхол, планировал прикарманить деньги Федерики, для этого установил камеру у нее в комнате и украл токен.
Ника внимательно слушала. Кто бы мог подумать, что Юрис такой прохвост! Трюк с телефонами, боты, камера в номере Федерики. Сложно поверить, что этот парень спас ее от смерти.
— Если бы Юрис не подглядел пароли Федерики и не украл токен, грязные секреты Макса так бы никто и не узнал. Раскопать такое могла только Федерика! Она записала подробное видео, вороромоазыала номера кошельков, номера каких-то подарочных сертификатов. Суть в том, что она отследила движение криптовалюты и выяснила, что платила за ботов Максу.
— Что?! — прохрипела Ника и тут же закашлялась.
— Ронюшка, — укоризненно пробормотал папа, протягивая бутылку с водой.
Ника попила, более-менее отдышалась и взглядом попросила Кирилла: «Продолжай!»
— Да, она купила на эти деньги доступ к лекциям по маркетингу на его сайте. То есть финальным получателем отмытой криптовалюты был Макс. Он якобы изобрел баннерную сеть, защищенную от ботов. Аноним якобы эту сеть взломал. Но на деле Макс и есть аноним, он просто оставил для себя лазейку и использовал ее, чтобы грабить рекламодателей.
— Насколько я понял, он зарабатывал на этом огромные деньги, — добавил папа.
— Так и есть. Федерика записала видео-разоблачение и отправила Максу. Ну, а дальше начался банальный шантаж.
Ника достала из сумочки блокнот и написала: «Зачем она прилетела в Стамбул?»
Кирилл хмыкнул.
— Федерика была чересчур самоуверенной. Если верить ее онлайн-дневнику, то изначально она и всамолелеоела поучиться. Плюс ее будоражило, что будет находиться рядом с Максом, не подозревающим, кто она. Потом Федерика узнала про вакансию и после первой лекции пошла к Максу — требовать победы. Уверен, онылоке от такой наглости, но не растерялся — предложил ей сделку: должность в Creative World и десять тысяч кэша[32] в обмен на подпись в документе, который Федерика назвала «гарантированное уничтожение».
— Она признается, что замешана в отмывании денег и отдает документ Максу, — пояснил папа. — Он оставляет документ у себя и относит в полицию, если Федерика решит снова его шантажировать.
«Давай обменяемся грязными секретами и будем хранить их вечно», — подумала Ника. Но получается, Федерика не согласилась? Иначе осталась бы жива.
— Мы не знаем, что произошло дальше, — продолжил Кирилл. — В последней записи восемнинике Федерика говорит, что подумывает согласиться. Это было утром в день ее смерти. Возможно, передумала. Возможно, Макс решил, что надежнее ее прикончить. Инспектор полагает, что Макс увидел, как ререикаиивает их разговор на диктофон и вспылил. Не зря же на записи того звонка слышно, как он бьет ее бутылкой. Скорее всего, это произошло спонтанно. А потом он ее задушил.